Они катили позади нас наши чемоданы и несли сумки, раздувшиеся от чрезмерного количества вещей. Кажется, баронесса с графиней прошлись по всем столичным бутикам, скупая всё, что попадалось им на глаза.
— Громов, твои шутки заставляют плакать, а не смеяться, — ехидно бросила Огнева, поправив короткие чёрные волосы.
— Вот именно, — поддакнула графиня и помахала рукой таксисту.
Тот сразу всё понял и открыл багажник. Последний, к сожалению, подчинялся законам природы, потому не расширился, как пространственный карман, из-за чего не сумел вместить все наши вещи. Часть чемоданов пришлось привязать к багажнику, расположенному на крыше такси. Но благо, что всё уместилось.
Мы уселись в такси, после чего шофер вежливо спросил, глядя на нас в зеркало заднего вида:
— Куда едем, молодые люди?
— Ко мне? — предложил я, посмотрев на красоток.
— Нет! — синхронно выдохнули они, почти одновременно слегка покраснев.
Вспомнили о нашем тройничке? Наверняка.
— Мы лучше остановимся в отеле. Да? — проговорила Огнева, метнув взгляд на блондинку.
— Ага, — согласно кивнула та. — Шофер, сперва едем в отель «Корона», а потом отвезёшь нас к градоначальнику.
— Будет сделано, госпожа, — улыбнулся простолюдин и нажал на педаль газа.
Автомобиль с шорохом покрышек тронулся с места, помчавшись по улицам города. А тот успел преобразиться за время нашего отсутствия. По тротуарам ходила уйма людей в песочной форме военных и постоянно мелькали грузовики с зелёными ящиками, намекая, что Стражград стал одной из точек сбора армии.
Помимо этого, город немного оправился после атаки хаоситов. Кое-какие разрушенные дома уже восстановили и везде вставили выбитые зверями стёкла, а провода уже не свисали со столбов, как чёрные лианы.
— Город бурлит и кипит, — заметил я, глядя за окно.
Девицы промолчали, а вот таксист охотно поддержал меня. Мы начали болтать с ним о предстоящей войне. И разговаривали даже тогда, когда подъехали к отелю, возле которого баронесса и графиня покинули автомобиль.
Они отсутствовали около получаса, снимая номера, а потом вернулись вместе с носильщиками. Те забрали их вещи, а красотки снова уселись в такси, повёзшее нас к главе города.
И уже вскоре мы подъехали к нужному зданию. Я попросил таксиста отвезти мои вещи в особняк Громова, дал ему адрес, денег и заверил, что его там встретят. Громов действительно уже знал о том, что я сегодня приеду.
После этой лёгкой заминки мы с девушками вошли в здание и добрались до приёмной градоначальника. Людей там оказалось больше, чем селёдок в банке. Духота царила страшная, хотя все окна были открыты, а под потолком крутились вентиляторы. Но, к сожалению, день выдался довольно жарким. Это вам не Петроград, здесь совсем другой климат. И я, признаться, добрым словом вспомнил мелкий дождь и прохладный ветерок с речушек и каналов.
— Это все добровольцы? — шепнула Огнева, когда мы, проявив толику наглости, встали возле окна.
— Похоже на то, — проговорил я и заметил пробирающегося к нам графа Рыльского, облачённого в китель академии Стражграда.
Форма подчёркивала широкие плечи парня и его выпуклую грудь. А холодные серо-стальные глаза смертного зло взирали на меня с породистого худощавого лица.
Громов-младший сразу же ревниво заворчал, помня о том, что Рыльский добивается руки графини Беловой.
Граф же изобразил милую улыбку и сразу рассыпался в комплиментах, всматриваясь в непроницаемое лицо блондинки:
— Добрый день, Елена. Ты чудесно выглядишь, впрочем, как и обычно. Твоё появление осветило эти стены…
— Это было солнце, вышедшее из-за туч, — буркнула девушка, перебив поклонника.
Тот дёрнул щекой как от пощёчины, мрачно глянул на предмет своего обожания и метнул в меня колючий взгляд. Кажется, паренёк считал, что если бы меня не существовало, то ему было бы проще завоевать красавицу Белову.
— Графиня, раньше вы не позволяли себе столь грубо прерывать благородных людей, — вскинул голову смертный, набравшийся смелости. — Вам бы следовало поменьше общаться кое с кем, а то вы перенимаете дурные манеры этого… человека.
— Огнева, на тебя намекает, — ухмыльнулся я, подмигнув мулатке.
— Да как ты смеешь так со мной разговаривать⁈ — опешила блондинка.
Её до глубины души возмутило поведение графа, который прежде так не взбрыкивал.
— Смею, — гордо сказал тот, играя крыльями носа. — После того, что вы устроили в столичной академии, кто-то должен образумить вас. Говорят, вы втроём унизили там уважаемых аристократов, тем самым опозорив нашу академию.
— Думаешь, надо было всё-таки их всех там поубивать, а не просто защитить свою честь? В этом заключается позор? — иронично выдал я и сам не заметил, как скопировал зловещую ухмылку Иврима.
Рыльский сглотнул и рефлекторно хотел шагнуть назад, но сдержался и остался стоять на прежнем месте. Более того, расправил плечи и выпрямился до хруста в позвоночнике.
— Ваше поведение в столице… — начал он с нотками обвинения в голосе.
— Не вашего ума дело, — перебил я его, смерив холодным взглядом, промораживающим до самого нутра. — Вы ничего не знаете, а опираетесь на слухи, как бабка на лавке перед подъездом.
