Я протянул ему зеркальце. А тот взял его и замер на несколько секунд. В моей груди забрезжила надежда на благоприятный исход дела. А то как же нам выбираться из этого каменного мешка?
— Разорви меня Один, не получается! — разгневанно выпалил Хеймдалль и бросился к артефактам, валяющимся на полу. Он начал торопливо сжимать их и шептать всё более яростно: — Нет, нет, нет!
— Дела-а-а, — хмуро протянул я. — Кажется, Башня будто умерла или разрядилась. И видимо, когда она в таком состоянии, тут не работает вообще ничего.
— Дерьмо! — выпалил бог и ударил кулаком в стену. — Локки, как нам выбраться⁈
— Надо думать. Предлагаю предоставить это дело профессионалу, то бишь мне, — пробормотал я, постукивая себя пальцем по подбородку.
Но долго думать мне не пришлось. Внезапно в нескольких местах раздался каменный скрежет, с которым в двух стенах открылись три узких прохода.
— Бежим, пока они не закрылись! Это наш шанс! — сразу же выдохнул бог и ринулся в ближайший проход.
— Стой! Ты уверен, что он ведёт к выходу, а не в глубину Башни⁈ — выпалил я, упал на колени и стал собирать каменные скрижали, валяющиеся возле полок из секции Хаоса. С пустыми руками я отсюда не уйду.
— Я вижу лестницу! — выпалил Хеймдалль и поторопил меня, словно боялся в одиночестве остаться в Башне: — Быстрее, Локки! Вдруг проходы закроются?
В общем-то в его словах было зерно истины, что случалось с ним нечасто. Проходы действительно могли закрыться так же внезапно, как и открылись. Потому я торопливо сунул в поясную сумку несколько каменных пластин и парочку артефактов непонятного назначения, а затем выскочил из помещения.
— Вон! — указал Хеймдалль рукой на силуэт лестницы, проступающий сквозь серый сумрак в конце узкого коридора.
— Если там тупик — вернёмся к другим проходам и исследуем их. Ну, ежели они к этому времени не закроются, — быстро выдал я и побежал к лестнице, держась позади бога. А то вдруг на нас кто-то нападёт? Пусть уж лучше он первым примет удар.
— Куда дальше⁈ — выпалил асгардец, достигнув ступеней. Они вели и вверх, и вниз.
— Хель её знает. Давай попробуем прогуляться вниз, — решил я, покосившись на бога, растерявшего всё своё величие. Теперь он прислушивался ко мне, словно интуитивно чувствовал, кто тут самый изворотливый, хитрый и сообразительный.
— Давай, — кивнул Хеймдалль и загрохотал тяжёлыми, грубыми ботинками по ступеням.
Я опять помчался за ним. Проскочил пару пролётов и очутился в небольшом круглом зале. Там в сумраке красовался круглый стол, окружённый каменными креслами в форме четырёхпалой перепончатой кисти.
— Куда⁈ — уже привычно выпалил бог, повернув голову в мою сторону.
— Там в стене что-то чернеет. Кажется, очередной проход или дверь, — указал я рукой и ринулся в том направлении.
Промчался мимо стола и непроизвольно чихнул из-за пыли, поднятой в воздух нашими ногами. На бегу вытер нос и остановился около прохода. Он точь-в-точь напоминал те, что открылись в помещении со скрижалями и артефактами. Значит ли это то, что в Башне открылись все подобные проходы? Может, они играют роль неких спасательных выходов, активирующихся, когда Башня приходит в подобное «мёртвое» состояние?
— Локки, стой, — ухватил меня за плечо бог и замер. — Слышишь?
Я тревожно прислушался, стоя в арке прохода и напряжённо глядя в сумрак, раскинувшийся по коридору, ведущему прочь от зала со столом. В мою сторону докатывался какой-то перестук, будто сюда шла лошадь или кто-то копытный.
— Локки, у тебя есть оружие, кроме сабли? — прошептал бог, положив руку на меч в ножнах, украшенных драгоценными камнями.
— Только мозги, — сказал я, хмуря брови.
Асгардец хмыкнул и потянул клинок из ножен. Тот вышел из них с лёгким шелестом, но не блеснул шестью драгоценными камнями-артефактами. Они же тут не работали.
— Оно уже совсем близко, — тихо сказал Хеймдалль, глядя в конец коридора. — Нет, они. Звук рассыпается на несколько отдельных пар копыт… неподкованных, но вес у этих существ большой. Они раза в два крупнее меня.
Я не стал спрашивать, откуда асгардец так хорошо разбирается в копытных. Мало ли какие у него хобби?
Всё моё внимание привлекла чёрная тень, появившаяся в конце коридора. Она касалась потолка рогатой головой, а ее плечи почти задевали стены. По полу же волочился тонкий хвост, похожий на кожаный хлыст.
— Кхем, кого-то мне этот монстр напоминает. Копыта, хвост, рога, рыло с пятачком. Вил вроде бы нет, но, может, он их просто забыл? — прошептал я. — Ты знаком с христианскими чертями? Если нет, то тебе обязательно надо с ними познакомиться.
— Локки, брось свои шуточки, — прошипел Хеймдалль, оттеснил меня плечом и храбро пошёл навстречу черту-переростку. А тот с чем-то похожим на трубное блеяние ринулся в атаку, наклонив рогатую башку.
