— Ты явно не разбираешься… Ладно, потрачу минуту. Радмислав — внук Сенеслава, брата-близнеца деда нашего князя. Это равная по происхождению ветвь, но назначенная быть младшей. Радмислав давно дал понять, что не удовлетворен своей ролью в княжеской семье. Добился главенства в управлении космической отраслью. Если мы найдем доказательства, что он что-то упустил, не проконтролировал, из-за чего рухнул лунный челнок, это сильно ударит по престижу всей младшей ветки. Более того, Всеслав имеет право обрезать их долю в доходах. Экипаж станции подобран Радмиславом лично и всецело ему предан, следующая смена — не в меньшей степени. Когда сам спускается на Землю, он же не в состоянии торчать в невесомости вечно, здесь обязательно присутствует кто-то из его четверых сыновей. Как Легослав сейчас. Мы для них — не враги, но большая неприятность. Въехал?
— Теперь — да. Если замечу…
— Докладывай мне. Устно, не по станционной сети. Любое отклонение от нормы. Особо на тебя не рассчитываю, но свежий глаз со стороны вдруг да обнаружит что-то необычное. Княжна тебя рекомендовала. Не понимаю, отчего вдруг такое доверие.
— Точно не из-за моей мужской красоты. У Русланы другие вкусы.
Эйшер хмыкнула при упоминании о мужской красоте Макса и неторопливо уплыла в сторону рабочих отсеков. Он же, закончив опустошать тубу с соком, отправился обратно в спальню. Собственно, чем плохо? Там он точно огражден от косых взглядов космонавтов, поголовно зачисленных в подозреваемые. Поскольку их дюжина, к ним добавлены восемь как бы следователей, и все заперты в ограниченном объеме, что очень сильно напоминает расстановку фигур для детективного сюжета в духе Агаты Кристи. Например, «Убийство в Восточном экспрессе». Причем первой жертвой окажется ближе всех приблизившийся к разгадке лунного крушения.
Макс устроился в спальнике, пристегнулся, чтоб не отправиться в плавание по отсеку, и придвинул к себе терминал с монитором.
Самым разумным будет не усердствовать, соответственно — не подставляться. А для начала…
«Легослав! Я — Макс, из восьмерки проверяющих. Если будет время, помоги. Хочу проверить одну идею. Враждебное программное обеспечение могло быть тайно инсталлировано во время сборки корабля, активировано по таймеру или какой-то внешней командой. Скажи, каким образом корабль проверяется перед запуском к Луне?»
Ответ пришел очень быстро.
«Привет, Макс. Хорошо, что не пытаешься заранее все валить на наши головы. Лови ссылку. Там архивный образ ПО, загруженного в „Скиф“ восемь месяцев назад, после его первого вывода на орбиту Земли, и результат анализа с помощью ИИ Кречета. Если сформулируешь задание иначе, машина выкопает что-то другое. Дерзай».
Отрезанный от Глобы, но связанный с цифровыми машинами князя практически так же плотно, как если бы оставался близ его резиденции, Макс не очень-то понимал, зачем понадобилась командировка на орбиту. Конечно — небывалый экспириенс, толстосумы на Земле в его реальности платили десятки миллионов долларов за возможность подняться на МКС, а какова практическая польза от нынешнего вояжа?
Ладно, решение принял не он. Нужно отрабатывать зарплату.
Макс соорудил весьма замысловатое задание на обработку базового ПО. Затем для очистки совести запросил еще одно зеркало, содержавшее записи в электронных мозгах челнока, оно писалось дней за десять до рокового старта, поручив сделать сравнение. И со спокойной совестью запустил себе познавательный фильм об истории развития компьютерного дела, едва ли не единственный, где хоть как-то раскрывалась тема безопасности, столь безответственно ослабленной в этом мире.
Учитывая объем информации, сообщение об итогах сравнения бикнуло только через несколько минут. Естественно, ПО было сильно обновлено по сравнению с заводской версией. Макс прочитал отчет и с легким трепетом обнаружил, что выстрел чисто наугад, с зажмуренными глазами, неожиданно зацепил цель. Правда, пока непонятно — какую. И впервые на чип Русланы полетел прямой вызов.
— Привет! Можешь говорить?
— Я на торжественном приеме правительственной делегации из Пскова. Очень важные господа, надоели до чертиков. Конечно — могу!
Вот они прелести общения через чип. Принцесса сидит по правую руку от князя и его супруги, чинно улыбается гостям по этикету, а сама треплется, не размыкая уста. С Энгой такой номер пока не пройдет, ее чип завязан исключительно на мировую сеть.
— Возможно, я кое-что нащупал.
— Не удивлена. Ты способен на странные вещи. Кто же разбил «Скиф»?
— Не торопи меня. Пока обнаружилась только ниточка. Но есть одна загвоздка. Твой многоюродный дядюшка Радмислав готов нас всех сбросить на Землю без скафандров. Мол, полетайте, соколики ясные. Все мои сетевые телодвижения у него и его сына в открытом доступе. И если хоть что-то укажет… Ну, даже не на злой умысел, а просто на их оплошность, тебе не придется далее терпеть мои выходки. Случайно подавлюсь вареником насмерть.
— Ты, как всегда, параноик.
— Да, но, если параноика захотят убить, его убрать столь же легко, как обычного человека. А я — необычный, без чипа.
