Если ей надеть экранирующий колпак на голову… Тоже не выход, исчезновение с радаров ее чипа наверняка спровоцирует алярм. Это в одиночку Макс выбрался бы лесами-полями-лугами и затерялся. С девушкой без вариантов.
Улицы Кречета в свете зажигающихся фонарей, недавно столь для него уютные после безобразного существования в подвалах Чаронды, теперь казались стенами тюрьмы. Семейству, сложившему чемоданы и готовому двигать, завидовал белой завистью: их, не обремененных важной княжеской тайной, преследовать не будут. Хотя… Если перевести несколько миллионов на тот же счет, что и при найме киллеров для устранения младшей ветви, князь и княжна способны достать если не всех, то очень многих.
Когда улыбался Руслане, разок мелькнуло желание свернуть ее нежную шейку. Увы, не наши методы. Тем более, тогда точно Энгу не вывезти.
Надо было не возвращаться из Чаронды. И ведь знал, что предстоит особое задание. Но не предполагал, что до такой степени безумное — захват орбитальной станции, не уступающей по размеру посещенной в прошлом месяце. Хоть локти кусай.
Энга была уже дома, магазины закрылись. Спешила что-то приготовить, чем очень гордилась, даже уперлась ладошками в Макса, когда тот бросился в наступление, распахнув объятия.
— Когда ты перестанешь склонять меня к шух-шух каждый раз как увидишь? Я ужин накрыла, поешь!
— Ужинал и в одиночестве.
— В одиночестве мог и меня вспоминать. В компании с правой рукой.
— Фу, пошлячка! Все равно ты лучше всех.
Позже, лежа в постели, Энга завела довольно странный разговор, для неё нетипичный.
— Когда ты мне сообщил о Кречете, я много читала и смотрела видосы про философию Радиславичей. Спросила у Глобы его оценку. И ты знаешь… Аргументы искусственных мозгов звучат убедительнее.
— Неужели?
— Человечеству для выживания совсем необязательно возвращаться к максимуму народонаселения в девять или десять миллиардов. Им планета точно была тесна, по крайней мере, на территориях, удобных для проживания. Если отбросить пустыни и тундру, комфортных земель не так уж много. Миллиарда на три хватит, не более. То есть эта цифра перекликается с нынешней численностью.
— Но продолжает быстро сокращаться.
— До естественного уровня. Смотри сам, для чего нужно было много народу. В древности в восточнославянских землях требовалось до сотни крестьянских дворов, чтоб вооружить и одеть в латы одного конного всадника. А целое рыцарское войско? Потом, после промышленной революции, фабриканты нуждались в тысячах рабочих из-за преобладания ручного труда. Государства нанимали огромные армии, никакой гениальный полководец не победит, если противник задавит массой раз в десять большей. Потом государства и корпорации сражались за экономическое доминирование — бескровно, но не менее яростно. Следишь за моей мыслью?
— Ты неплохо подковалась. Раньше интересовалась сплошь развлечениями.
— Я же экономист и фискальный инспектор по образованию. И ты меня испортил своим глубокомыслием. Слушай дальше. Сейчас на планете в разы больше людей, чем необходимо для обеспечения товарами, услугами. Производство и управление автоматизированы. Еще один фактор — отсутствие близкородственных связей, но в популяции с каким-то жалким миллионом человек достаточно представлено генетическое разнообразие. К тому же современная медицина легко корректирует наследственные недостатки. Не знаю, как в мире, откуда ты прибыл, у нас нет кривых, горбатых, глухонемых, все это преодолено более двухсот лет назад.
— Там — не вполне.
— Вот! Я к чему. Если численность рода людского стабилизируется, скажем, на миллиарде, это нормально. Порог деградации ниже. И… не знаю, как ты это воспримешь, я наткнулась на публикации одного из младших Радиславичей. Он погиб после твоего боя. Так вот, у них другая точка зрения: человечество бессмертно, если выйдет в космос и начнет бороться за выживание в его тягчайших условиях.
— Причем полеты в космос по-прежнему популярны. Некоторые готовы платить миллионы за недельное пребывание на орбите и десятки миллионов за экскурсию на Луну.
— Не будешь смеяться? — Энга прижалась к его щеке носом. — Я бы тоже очень хотела. Но, боюсь, столько денег мы никогда не заработаем.
— Тогда у меня для тебя хорошая новость, дорогая. Через несколько дней мы с тобой летим — по заданию князя.
Она аж привскочила, отбросив простыню.
— Неужели⁈
— Есть и плохая новость. Полет более чем опасен.
— С тобой другого и ожидать нелепо. Но я верю, ты справишься! Мы — справимся!
«Мне бы твою уверенность», — подумал Макс.
Предвзлетная проверка систем челнока не требует никакого участия экипажа, но Макс, тем не менее, контролировал процесс. В деталях процедуру, как и устройство корабля, он не знал, но этого и не требовалось. Когда цифровая машина подтвердила до конца полетное задание, включая стыковку со станцией, вмешался.
— Что ты делаешь? — тревожно спросила Энга. — Ты в этом разбираешься?
— Ничуть. Зато не хочу лишних манипуляций со стороны тех, кто разбирается. Отныне корабль не примет никаких команд без моего одобрения.
— Ты предполагаешь, что…
