— Посмотрите, как оригинально придумали тот мостик. Он же весь из дерева!
— А эта беседка так на бочку похожа! Хочу в своем дворе такую же!
— Интересно, а кто этот парк проектировал. Очень даже неплохо. Может, себе его нанять?
— Никто не знает, мы скоро придем? А то так есть хочется.
— Мне любопытно, у них тут есть места общественного питания? Я бы попробовала местные блюда.
— Смотри, чтобы не отравилась.
— Интересно, у кого можно спросить, где здесь туалет?
— А ты в кустики.
— Разбежался!
— Поглядите туда! Это дерево почти без листьев!
— Не! Вы туда гляньте! Вон, тот пушистый шарик поскакал. По-моему, мы таких же видели там, в долине у озера.
— А их есть можно?
— Наверное… Многоножкам нравится.
— Мэн, слушай, я все хотел тебя спросить. А тараки сырым мясом питаются?
Итак, минув шедевр ландшафтного дизайна, мы попали на большую площадь. На ней почти по центру возвышалось единственное! до сих пор нами виденное черное здание. Созданное целиком из черного гранита, оно имело с торца форму прямоугольной трапеции с заостренным концом крыши, а с фасада — прямоугольную. Вовнутрь к парадному входу вела широкая короткая лестница с того же темного гранита.
Старейшина вел нас именно туда. Подойдя ко входу, он остановился и повернулся:
— Разрешите объяснить, что это за здание. Это наше главное Хранилище Истории. Именно здесь мы оберегаем самые важные моменты нашей истории. Истории, начавшейся с того момента, как Зарнар привел сюда наших предков из города гернов, который назывался Ахель-Итар.
— Так что? Зарнар — это не город гернов? — подал разочарованный голос Зунг.
Старейшина повернул на него невозмутимый взгляд и коротко ответил:
— Вам все расскажет Хим Дан, — кивнул он головой на одного молодого человека, что стоял по правую руку от него. — А я вынужден вас покинуть. Меня ждет весьма важное дело, которое я не могу отложить. Простите меня, — Шихард низко склонился и повернулся назад.
Когда старейшина уходил, он бросил на меня еще один пристальный взгляд, затем, кивнув какой-то своей мысли, поспешил уйти. Я проводила его пристальным долгим взглядом, пока он не скрылся за углом одного из зданий, что очерчивали собой площадь.
Мужчина, на которого он указал, тут же шагнул ближе к нам и, сложив руки перед грудью кольцом, низко поклонился:
— Позвольте представиться лично. Меня зовут Хим Дан. Я буду вашим проводником не только в Хранилище, но и везде, где вам потребуется. Я знаю ваш язык. Если вас что-то интересует, прошу, спрашивайте меня, — очень почтительно произнес он, выпрямившись после поклона.
Я оторвала взгляд от угла дома, где исчез Старейшина, и перевела его на прекрасное лицо мужчины. Высокий, как и все заруняне, подтянутый и стройный. Его выступающие скулы никак не портили привлекательности лица, придавая большей выразительности. С легкой горбинкой нос, миндалевидные глаза, напоминающие по разрезу восточные народы Азии на Земле. Он очень походил на Нарана, только черты лица более крупные и резкие. И, как и у всех зарнарян, его голову покрывали длинные, белые, как снег, волосы, туго стянутые в узел на макушке. На одежде по краям верхнего халата с широченными рукавами вдоль отворота, воротника и по низу подола и рукава красовалась изумительная вышивка перламутровыми нитями цвета морской волны. Нижнюю кофту, свободно спадавшую до колен сверху широких штанов, плотно стягивал единственный цветной во всем одеянии сине-зеленый атласный пояс.
Хим Дан сделал знак нашим провожатым, которые шли с нами с самого причала, и они, низко поклонившись, поспешили уйти. Он объяснил, что они отправились готовить нам обед. Это было действительно весьма кстати, потому как у многих моих спутников уже давно урчали животы. Некоторые, не ожидая привала, залезли в свои рюкзаки и достали сухие пайки, да прожевали их на ходу. Я тоже сжевала одну плитку непонятного чего-то там со вкусом «бее», но содержащим в себе все необходимые для организма питательные вещества и витамины. А вот Забаве это точно не помогло бы. Она начала тихонько стонать, что голодна. Я попросила ее потерпеть.
— Я кушать хочу, — упрямо мотнула она головой.
— Ты же с утра ела! Тебе разве мало было речной рыбы, которую ты наловила, перед тем как мы сюда приплыли? — оглянулась я на нее, едва заметно шевеля губами. — Вот же ненасытная утроба! Потерпи.
— Не могу терпеть. Малыши требуют, — сегодня она впервые упомянула об их существовании, как уже о твердом факте.
— Ууу! — прогудела я и подняла руку, желая привлечь внимание в тот момент, как Хим Дан хотел нас уже повести внутрь здания.
— Да, госпожа, — склонил он голову более почтительно, чем того требовала формальность.
Я не обратила на это никакого внимания.
— А у вас есть рыба для наших крылатых спутников?
