Тишина в Зале Церемоний стояла еще долго после завершения сообщения. Каждый обдумывал услышанное со своей колокольни. Я же потупила взор и пыталась вспомнить последнюю подсказку, как краем глаза заметила на проходе в Зал силуэт Старейшины. Он стоял недвижимо у края прохода и неотрывно смотрел на статую герна. Слышал ли он все? Возможно. Я кивнула Лахрету в сторону выхода. Он мысленно ответил, что уже давно его заметил. И еще, что он чего-то ждет. Он чувствует, что этот мужчина злится. По какой причине, знает только он сам.
— Что ж, — шевельнулся Лахрет, обратившись ко всем. — Думаю, мы услышали то, что должны были услышать. Теперь мы должны следовать туда, куда нам указал Зарнар. В Храм-Врата. Хим Дан, прошу тебя, веди нас туда.
Но мужчина его не услышал. Его стеклянные глаза отрешенно смотрели в то место, где только несколько минут назад было изображение герна. Я пальцем коснулась плеча нашего гида, но тот даже не вздрогнул, будто замороженный.
— Эй! — обратилась я к нему. — Ты живой? — потом крепко ухватилась за предплечье и потормошила. — Проснись! Вернись к нам!
Он вздрогнул, будто пробудился от глубокого транса и посмотрел на меня рассеянными глазами.
— Папа? — это был голос Вэй Вэй, и я удивленно обернулась в ее сторону.
Это ее отец? Она не говорила. Что ещё скрывает эта милая девушка?
Хим Дан бросил беглый взгляд на девушку, качнув ей головой, и снова посмотрел на меня.
— Со мной все в порядке. Простите. О чем вы меня спрашивали?
— Где находится Храм-Ворота?
— Я вас проведу.
— Это моя обязанность! — послышался со стороны прохода недовольный голос старейшины.
— Простите меня, старейшина, за мою непочтительность, — тут же виновато склонился Хим Дан.
В нашу строну медленно шествовал старик и глядел с прищуром в то место, где только что стояло изображение герна. Дошел. Остановился. В его хищном взгляде невозможно было ничего понять. То ли он сердился, то ли испытывал облегчение, или досадовал на что-то. Нечитаемый человек.
— Я думаю, — произнес он протяжно и низким тоном, — что нам не стоит с этим медлить. Прошу вас, господа, следовать к выходу.
И все послушались его безропотно. Каждый хотел дойти до цели как можно скорее. Я почему-то продолжала стоять, оглянувшись на сандалию статуи, где продолжал блестеть рубин. Он с каждой минутой притягивал меня больше и больше, словно я еще что-то не сделала.
— Лана? — Лахрет коснулся моего локтя. — Ты идешь?
— Лахрет, мне кажется, я еще что-то должна сделать, — свела я озабочено брови.
— Что?
Я двинулась к основанию статуи и снова протянула ладонь к рубину. Скользнула по граненой поверхности и задержала пальцы на фиксаторах. В уме что-то будто бы щелкнуло и я, не зная, что делаю, просто большим и средним пальцами сжала диаметрально противоположные крепежи. Они поддались, и раздался легкий щелчок. Тут же фиксирующие крючки разъехались в стороны, и рубин выдвинулся на маленькой ножке. Влекомая неизвестным побуждением, я достала драгоценный камень из паза и поднесла к лицу.
— Откуда ты?.. — удивился Лахрет.
Некоторые оглянулись, чтобы узнать, идем ли мы, и, увидев, что я сделала, изумленно вытянули лица.
— Не знаю, — качнула я головой. — Просто поняла, что это надо сделать и все.
Внезапно рядом с рубином возник любопытный нос Зунга и его восторженный возглас меня заставил дернуться:
— Точно! Именно об этом говорил Зарнар! Тебя будет вести голос ключа! Ты должна прислушиваться к своим мыслям. Это не всякие глупости, это подсказки, дарованные тебе в пещере. Любопытно. Очень любопытно. Зачем тебе надо этот рубин-Память?
Я пожала плечами, и хотела было спрятать его в кармане, как рядом очутился Старейшина. Причем, я не успела и глазом моргнуть, как он поймал меня за запястье и, изогнув неестественно шею, выпучил на меня блеклые глаза с искрой безумия:
— Вы не имеете право забирать что-либо отсюда!!! Это священное место!
— Ааа! — подпрыгнул на месте Зунг от неожиданности и поджал ногу к животу. — Вы что, призрак? Выскакиваете из ниоткуда!
Еще секунда, и Лахрет закрутил Старейшину в неудобную дугу, прошипев ему на ухо:
— Как ты смеешь так бесцеремонно хватать мою жену! Жить надоело?!
Тот закряхтел и попытался вывернуться, но бесполезно. Тогда он поменял тактику, и виновато свел брови:
— Я лишь защищаю традиции и предания предков! Это место священно и мы не имеем право что-либо выносить отсюда! Это веками установленный порядок!
— Но ведь это принадлежит Избранному, — неожиданно для себя, воскликнула я. — Ведь так должно быть!
Шихард бросил на меня недовольный взгляд, но согласно кивнул:
— Пусть будет по-твоему.
Лахрет отпустил его. Тот выровнялся и потер пострадавшее запястье, недобро посмотрев на мужа, словно говоря: «Мы еще посмотрим, кто кого». Затем развернулся и направился к выходу.
— Идем, — скользнув ладонью по моей спине, кивнул в сторону выхода Лахрет. — Тебе же больше ничего не надо?
Я отрицательно качнула головой и ответила:
— Думаю, нам здесь больше делать нечего.
Часть 9. Ахель-Итар. Секреты гернов.
