— Спасибо! — воскликнул она, спрятав лицо у моего плеча. — Спасибо! Спасибо!
Я отодвинула ее от себя так, что теперь смотрела строго в ее заплаканное лицо, продолжая держать за плечи.
— Если ты хочешь идти, ты можешь идти, но помни, что здесь все-таки есть люди, которым ты небезразлична.
Она закивала. Вдруг моей талии коснулась рука и меня нежно прижали к себе.
— Ты цела? — уткнувшись носом в мой висок, тихо спросил Лахрет.
От неожиданности я даже всхлипнула.
— Познакомишь меня с сей юной персоной? Почему она прибыла с тобой?
Я повернула мужу лицо и объяснила:
— Это Вэй Вэй. Она хочет пойти с нами. Возьмем ее с собой?
— А ей можно отсюда уходить?
— Говорит, что здесь она — изгой. Ее уходу даже рады будут.
Лахрет промолчал, сощурив на девушку внимательные глаза. Она опустила взгляд. Смутилась.
Тем временем Шихард продолжал что-то говорить об Избранном, о долге каждого гражданина Зарнара, о будущих прекрасных благах, когда они, наконец, исполнят свой долг перед Основателем. Люди слушали, молча и внимательно, а лица хранили покорное согласие. Вопрос в том, понимали ли они его, ввиду того, что он говорил на ириднаском, а не на карском. Он что, для нас это говорил? А потом обратила внимание, что недалеко стоял паренек с синим поясом, и нашептывал что-то в некое устройство. В ушах же каждого жителя было что-то наподобие наушников. Переводчик?
Боковым зрением я заметила, что вся наша группа экспедиции собралась возле сцены импровизированного эшафота позади вещавшего Старейшины и настороженно оглядывалась по сторонам. Больше всех недовольство выражала как ни странно — Фиона. Думается мне, она не раз порывалась раскидать пару охранников, но ее осекли. Даже знаю, кто. Капитан все еще держал на спине фагота, грозно обводя взглядом всех, кто стоял недалеко. Остальные держались кучки. Кто смотрел на белобородого оратора, кто на стражников, кто на нас с Лахретом. Мы же замерли и ждали окончания разглагольствований главы города.
Стоя в теплых объятиях мужа, я смотрела на лица зарнарян и пыталась предугадать дальнейшие действия Старейшины. Этот народ приучен к покорности и своего мнения не имеет. Поэтому дальнейшая наша судьба зависела от решения именно этого длиннобородого старика. Не думаю, что есть тот, кто возразит ему.
Закончив напыщенную речь, Шихард повернулся в нашу сторону и с неприятной улыбкой хитро протянул, как лис курице:
— Что ж. Властью, данной мне Основателем, я обязан вас препроводить в Храм-Врата, чтобы вы смогли продолжить свой путь.
В этот момент я заметила, как за спиной Старейшины в первых рядах кто-то возмущенно дрогнул. Я присмотрелась. Это был Хим Дан. У него одного в глазах светилось недоумение, словно он думал, что будет все совсем по-другому. И это меня быстро насторожило. Значит, этот лис-Старейшина действует не по плану. Но, что не так? Я повернула взгляд на Вэй Вэй. Она стояла отрешенной статуей и явно ничего не слышала. Я обратилась мысленно к мужу:
— Лахрет?
— Я тоже это видел.
Затем он отпустил меня и сделал шаг вперед. Теперь, так как он стоял на возвышении, его было хорошо видно. Его глаза строго и непоколебимо смотрели в ехидное лицо старика.
— Постойте, Старейшина!
Тот удивленно взвел брови — «что, мол, не так?»
— Я хочу кое-что изменить в твоих планах! — продолжил Лахрет и повернул голову в сторону Хим Дана. — Мне помнится, что в легенде, поведанной нам уважаемым господином Хим Даном говорится о некой «Памяти», оставленной Зарнаром перед уходом. Я бы хотел посмотреть на нее.
Лицо Шихарда почернело, а губы сложились в недовольную линию.
— Нет никакой «Памяти», — презрительно кривя губы, отрезал он. — Это лишь символ проверки Избранника. Я должен вас провести в Храм. А там ваше дело, что делать дальше.
— Как нет Памяти??? — справа зазвенел голосок Вэй Вэй. — Неужели легенды врут?
И здесь Шихард, наконец, заметил девушку. Его брови гневно соединились в линию.
— Как ты смеешь перебивать Главу города и утверждать, что он лжет?!!
Она пикнула и спряталась за моей спиной. Я чувствовала, как дрожат ее руки и участилось дыхание. Лахрет дал знак рукой и возразил:
— Шихард, позволь спросить, что тогда значит тот камень, что вставлен в памятник Зарнару в Хранилище Истории?
— Это лишь украшение! Я должен вас проводить в Храм. Остальное вас не должно больше заботить. Вы здесь лишь ГОСТИ, и я попрошу вас соблюдать веками установленные в НАШЕМ обществе порядки.
Пока он говорил, в моей голове раздался голос Забавы:
— Он что-то скрывает. Он злой. Он хочет нас убить.
Я тут же передала мысленно слова королевы Лахрету. Он незаметно кивнул, что понял и повернулся к лестнице, ведущей вниз со сцены:
— Что ж, я думаю, Шихард, мы обязаны не упускать ни одной детали завещания Зарнара. Помнится мне, мы так и не прошли проверку в Зале Хранилища Истории. Поэтому, думаю, сейчас самое время. Ведь народ должен убедиться, что среди нас есть тот самый Избранный! — он раскованно шагал по деревянным ступеням и косился на Старейшину недобрым взглядом, в то время как тон его звучал ровно и сладко.
