Мы стояли на илистом берегу небольшой затоки от устья речушки, вдоль которой совершили немыслимый бег. Силы были на исходе. Забава рухнула на бок и в изнеможении шумно выдохнула, закатив глаза. Яд практически парализовал ее тело, и каждое движение ей давалось путем невероятных усилий воли. Всё. Идти дальше она не сможет. Если не случится чудо, нас настигнут дикие преследователи и закончат начатое. Я принялась вертеть головой во все стороны, напряженно всматриваясь в темноту леса да на мелкие волны реки. Неужели я ошиблась и это не то устье, где мы должны встретиться с остальными? Паника подступала к горлу. Я обернулась назад, усиленно вслушиваясь в окружающие звуки леса. Нет. Их не слышно. Только песни птиц и крики животных. Но, может, они уже нас нагнали и притихли, чтобы напасть?
Сзади продолжал выситься дремучий однообразный лес. Звуки дикой природы одновременно успокаивали и пугали. В этой обманчивой лесной тишине было что-то зловещее. За каждым широченным стволом дерева и непроглядным кустарником могут скрываться преследователи и кровожадные хищники. Я закрыла глаза, чтобы сосредоточится на звуках. Нет. Ничего. Тогда я снова повернулась к водной глади, давно успокоившейся после беспокойного водопада. Лишь небольшая рябь волновала поверхность воды. Высокие заросли болотных растений, напоминавших земной камыш, прятали меня и Забаву на узком берегу, над которым нависали раскидистые ветви древнего дерева. Между его громадными выступающими корнями можно легко спрятаться даже слону. Поэтому, немного успокоившись, я попыталась сосредоточиться и принялась всматриваться в береговую линию затоки.
Где же Наран мог спрятать катер? Помощи от Забавы я уже не ждала. Ее сознание слабо мерцало в моей голове, и я чувствовала, как она теряла над собой всякий контроль. Так! Надо подумать о Натоне. Он должен быть рядом со своим наездником. Он сможет меня найти. Вопрос в другом. Услышит ли он меня?
— Натон! — позвала я, глубоко сомневаясь, что меня кто-то слышит. — Натон! Ты меня слышишь?
В ответ лишь тишина и отклик угасающего разума Забавы. Она тихо, словно издалека, прошептала:
— Он здесь… Я его слышу…
Это ободрило меня и я еще усиленнее начала вертеть головой во все стороны, все повторяя и повторяя его имя. Но ответа не было. Почему он не отвечает, если он здесь? Он же часто мог со мной говорить без ведома Нарана. Я так сосредоточилась на зове, что не услышала, как сзади зашелестела листва, и на невысокую траву ступила босая человеческая стопа.
— Сэ напрота долгара эсне. Тэ промо! Ка джохо! — эти ничего не значащие для меня слова заставили подпрыгнуть на месте и резко развернуться назад.
Почти голый, с кожаной набедренной повязкой, на поясе которой крепился изогнутый кинжал из клыка какого-то зверя, да непонятного предназначения тоненькая трубочка, мужчина смотрел на меня вполне осмысленными глазами. Только слишком обозленными и презрительными, чтобы вызвать желание приветливо пообщаться.
— Кто вы такой и чего хотите от меня?! — едва ли не выкрикнула я, испуганно косясь на белую блеклую глыбу бессознательной Забавы.
Теперь я одна. Никто не защитит меня. Я пропала!
— Ти есть ездить на долгара! — сверкнул глазами дикарь. — Это большой удача! Очень большой!
Так ты знаешь язык ириданцев! Прекрасно! Значит, понимаешь меня.
— Чего вы от меня хотите?!! — я подозрительно повела подбородком. — Неужели вы хотите убить меня?
Он пристально смотрел на меня, точнее на цвет мои русых волос. Что-то мелькнуло в его взгляде удивленное.
— Ти кто? Ты не Иридания. Ты жить Градасса? Как ти вийти?
Холод пробежался по спине. О чем он говорит? И могу ли я как-то защититься? Мозги лихорадочно искали выход, но его не было. Я не могла бежать, покинув Забаву. Я умру, но ее не оставлю. Но что тогда? Оружия при мне и в помине не было. Им пользоваться я так и не научилась. По быстрому выломать дубину? Но разве я справлюсь с громадным мускулистым мужиком? Тем более зарунянином?! Он же меня одной левой. Надо давить на жалость. Поэтому я страдальчески свела брови и взмолилась:
— Я не понимаю, что вы говорите. Пожалуйста, отпустите нас. Мы не причиним вам никакого вреда. Умоляю вас!!! — я сложила ладони в мольбе.
Однако он уже не слушал меня. Вместо этого он весь подобрался и обвел осторожным взглядом поверхность затоки. Вид у него резко изменился, словно услышал что-то пугающее. Его рука автоматически метнулась к поясу с кинжалом. От этого моё сердце неприятно свело и упало в желудок. Вот он, мой конец!
