В бою, семнадцать химер, действовали сплочённо, поддерживая дуг друга и вампиров. Особого урона они нанести не могли, но и сами почти не страдали от атак демонических псов. Хватающие щупальца с мелкими коготками на концах оставляли проплешины и царапины на чешуйчатых телах церберов, но как же этого мало.
Впрочем, быстро определившись с проблемой, баланс был найден. Призрачные химеры стали подставляться под зубы псов, а вампиры носили максимальный урон, наскакивая в удачный момент с боков или сзади. Паритета, как такового не было, явно доминировали мои войска, но пентаграмма вновь выплюнула пару псов на замену выбывшим. Опять против двух волков и толпы копошащейся мелочи химер четыре цербера. Пока Курама удерживает своих духов — справятся. А девушка не демонстрирует слабости или усталости.
Наблюдая за сражающимися, я заметил некоторую закономерность. Чем слабее призываемые юниты, тем больше и чаще они появляются. Так импов одновременно вызывалось по девять, закованных в броню воинов — трое, а демонических псов по две особи. При этом за то время как, сработает портал церберов, портал импов успевает выплюнуть дважды. Но при всём при этом, силы, призванные порталами, всё же, были неравноценны. Призванных церберов, за тоже время, что и импов хватит, чтобы разорвать мелочь без потерь. Каким бы сильным ни был Мурзик, но он всё же уступал в мощи двум войнам и шаманке. При этом он совершенно спокойно мог удерживать весь поток демонят, исторгаемый своей печатью. В тоже время гангеры удерживали церберов ценой гораздо больших усилий.
Предварительные выводы не внушали оптимизма. Если тенденция верна, то стоит сильно опасаться последней, безмолвствующей печати. Но даже пока она молчит, не стоит расслабляться.
Следующее пополнение досталось моему вурдалаку. Не успевший расправиться даже с половиной импов, Мурзик поступил просто — он выблеванул два комочка, которые развернулись в сороконожек. Некроголемчики шустро взобрались на спину родителя и очистили ту от мелких демонят. Шустрые, небольшие миньёны, своими жвалами отрывали лапки и крылья. Они, не стараясь добить врагов, сколько максимально ослабить и отравить всех, до кого могли дотянуться. Теряя многочисленные суставчатые лапки, под ударами импов, они тем не менее были весьма и весьма эффективны.
Тяжелее всего приходилось Максу, не сумев вовремя убить всех своих противников, он подставился. Теперь же моему главнокомандующему приходится столкнуться уже с пятью, действующими совместно демонами. Догрызавшие своего подранка, низшие поспешили на помощь, но против строя, прикрытого щитами, и не имея возможности применить разбег, они слабоваты. Никто не погиб, но портал в хаос вновь мерцает, обещая выплюнуть очередное пополнение.
Определив, где моя посильная помощь будет полезнее всего, я первым же делом накидываю на Макса «Доспехи Крови». Эти чары обеспечат Максу, то чего ему не хватает на данный момент больше всего — Живучесть.
Доспехи частичное поглотят урон, затрачивая, правда на это запас крови цели. Но мой друг ни в коем разе не маг крови. Макс в большей степени опирается на свои способности Жнеца пустоты, лишь иногда задействуя кровавое исцеление.
Таким образом я дал ему возможность минимизировать риск получить критический урон, на что он, замерев на секунду, благодарно кивнул и окутался целиком в то призрачное сияние, что плясало на его мече и ринулся в атаку.
— Макс, стены! — крикнул я ему, намекая, на возможность вурдалаков карабкаться по ним. Сами низшие тупы, и толку от этого не будет, но ни что не мешает моему товарищу устроить своеобразный дождик на головы врагов в нужный момент.
Как я ненароком успел заметить, Макс в очередном прыжке кивнул мне и ведомые его волей вурдалаки стали взбегать по стенам под потолок. Изменив направление прыжка, используя меч, в роли шеста, воин и сам забежал на стену. Оттолкнувшись, что есть сил, он направил своё тренированное тело в центр сформировавшегося кольца.
Чиркнувшие, в попытке остановить полёт живого снаряда, по кровавым доспехам, копья не смогли его остановить, хотя и сбили скорость. Чтобы добраться до своей цели, Макс извернулся в воздухе, и оперившись в шлем одного из копейщиков, перевёл прыжок в сальто. Завершая падение доворотом, он не стал выпускать голову неудачника, выворачивая её под девяносто градусов за спину демоническому воину.
Подобной вольности не могут себе позволить и куда более гибкие шеи. Позвоночник смачно хрустнул. Последовавший за этим замах мечом отделил шлем с заточённой в нём головой в руках вампира. Неприкрытые спины, открывшиеся Максу в результате его акробатики, стали идеальной цель для оружия. Пока враги не успели сменить построение, меч моего Жнеца собрала три демонические жизни.
