Те же, кто подбросил в мой гребаный док контейнер с девушками, ставшими жертвами торговли людьми! Это были они... это были заклейменные ублюдки, которые пытались добраться до меня, несмотря на все, что мы создали.
Им нужна была Ческа. Они, черт возьми, хотели забрать ее!
Я оглядел комнату в поисках Чески, но ее уже не было. Чертова тяжесть давила на мои легкие, как орудие пытки. Мое темное сердце дразнило меня, приказывая найти ее. Вернуть. Мою чертову королеву. Ту, кто контролировал гребаную шахматную партию, которая была моей жизнью.
Самую важную часть моей жизни.
Но я сопротивлялся. Боролся со всем этим, пытаясь вернуть себя в оцепенение, с которым жил раньше, во тьму, в гребаную пустоту, которая не давала мне чувствовать ничего из этого дерьма. Прямо сейчас, черт возьми, я не мог думать!
— Ты чертов придурок, — выплюнула Бетси, глядя мне прямо в лицо. Моя челюсть сжалась, когда моя кузина столкнулась со мной нос к носу. — Не смей вымещать это на Ческе.
— Она сделала это, — прорычал я, ярость все еще волнами текла по моим венам, сжигая каждую клетку моего тела. — Она, черт возьми, заставила меня чувствовать! Сделала меня таким!
— Человеком? — парировала Бетси. — Гребаным живым существом, дышащим, преуспевающим, а не ходячим демоном, в душе которого нет ничего, кроме тьмы и ненависти?
— ОНИ УБИЛИ МОЮ МАМУ И СЕСТРУ! — прорычал я в лицо Бетси и посмотрел на остальных членов моей семьи. Я поймал взгляд Винни. Он был прикован к полу, и его тело сотрясала дрожь. От ярости.
— Они убили ее, — Винни поднял голову и встретился со мной взглядом. — Они убили ее, Арти. Она не сказала мне, что ее убили.
— Не думаю, что она знала, — сказал Чарли, успокаивая взбесившегося Винни, и его веру в то, что он все еще видел и говорил с моей сестрой. — Когда дом загорелся, она не знала, как начался пожар.
Винни кивнул, ухватившись за эту мысль как за спасательный круг. Он посмотрел на свои сжатые кулаки и сказал:
— Мы должны убить их, Арти. — Он кивнул, словно убеждая себя, что именно это и должно было произойти, чтобы все дерьмо встало на свои места. — Они все должны сдохнуть. Все до одного.
— Просто помни, — сказала Бетси, снова встав передо мной, игнорируя всех остальных, — что Ческа тоже потеряла всю свою семью. Не только ты. Она потеряла их всех. — Бетси невесело рассмеялась. — И она любит тебя. Прямо сейчас я понятия не имею почему. — Бетси направилась к двери, но остановилась и, не оглядываясь, сказала: — А Перл была моей лучшей подругой, моей гребаной сестрой. Ты сам выбрал, как справиться с этим. У тебя есть люди, которые любят и поддерживают тебя, но ты предпочел остаться бесчувственным, когда умерли наши отцы. Ты решил оттолкнуть нас всех и закрыться, никого не впуская. И ты умрешь в одиночестве, если будешь продолжать это делать. Как и наши отцы. Потому что я, например, чертовски этого не хочу.
Бетси ушла, а ее слова кружились у меня в голове, пока я допивал водку, опустошая бутылку. Я поднял глаза. Большинство моих братьев все еще были рядом со мной. Джин и Винни были единственными, кто куда-то ушли, Ронни и Вера тоже.
— Мне нужно, чтобы их нашли, — сказал я Эрику, Чарли и Фредди, когда они сидели, потягивая свои напитки. — Мне нужно их уничтожить.
Мое зрение затуманилось, и я слышал свой голос. Он был надломлен и невнятен. Водка не заглушила боль в моем теле, как я планировал. Она заставила ее пульсировать еще глубже, сильнее, настолько, что я почти не мог этого вынести.
— Мы их достанем, — сказал Чарли, и Эрик с Фредди кивнули. Я смотрел на огонь, снова вспоминая пожар. Видел, как какой-то ублюдок заталкивает мою маму обратно в дом, запирая ее внутри.
Я сел, когда почувствовал, что боль в груди вот-вот прикончит меня.
— Что, черт возьми, с нами происходит? — сказал я им. — Никто не может с нами связываться. Я позабочусь об этом, — я уставился на догорающее пламя, которое гасло под обгоревшими поленьями. — Мы — Адли. Мы, черт побери, управляем этим городом. — Я ударил кулаком по столу, стоящему рядом. — Я должен помешать этому дерьму случиться с нами. Но кто-то все равно пробивается. Кто-то, черт возьми, пробирается сюда. Я слеп. Я чертовски слеп по отношению к ним. — Я взял наполовину полную бутылку виски и открутил крышку. Выпил почти до дна. — Я их не вижу, — посмотрел на Фредди, Эрика и Чарли. — Я их не вижу. Они прячутся практически в моем гребаном доме, и я, черт возьми, не могу их найти!
— Мы это сделаем. — Чарли поднялся на ноги. Но я не хотел, чтобы они шли со мной. Не хотел, чтобы кто-то был рядом. Я был словно яд. И отравлял все вокруг.
Я ударился плечом о стену, пока, спотыкаясь, шел по коридору. Моя комната. Мне нужно было попасть в свою гребаную комнату. Нет, в кабинет. Мне нужно было попасть в кабинет. Никаких окон. Никакого света. Только темнота. Мне нужно было шагнуть в темноту и позволить ей поглотить меня целиком.
