Он шагал по полностью освещенному коридору. Казалось, все пространство было залито светом. Свет же играл бликами на отполированных доспехах гвардейцев.
Солдаты ровными шеренгами возвышались слева и справа, верно исполняя свой священный долг — охрану главнокомандующего и их Владыки.
Ни один враг не пройдёт через них. И это неудивительно. В личную стражу главнокомандующего выбирали только самых крепких, самых преданных, самых яростных бойцов во всем Париже. И никак иначе.
Всё-таки место в страже первого человека во всей фракции, что может быть почетнее?
Разве что принадлежность к Ордену, охраняющему Париж из тени. Но в его ряды вступить ещё сложнее. Точнее, дойти до вершины.
— Магистр Ордена, господин Филин, — провозгласил слуга, когда двери перед ним разошлись в стороны, а мужчина вошёл в просторный зал.
Здесь располагалась ставка главнокомандующего, здесь же можно было увидеть десятки лиц из высшего руководства Парижа.
Кто-то мог бы подумать, что всë вокруг будет утопать в золоте, мраморе и прочих изысках, но нет.
Ставка командования отличалась удивительной аскетичностью и строгостью. Здесь нельзя было увидеть ни единого украшения, ни одного лишнего атрибута.
Грубые, но крепкие столы, десятки подробных и проработанных карт местности, стопки докладов и отчётов.
Десятки пар глаз скользнули по фигуре нового человека, после чего тут же вернулись к своим обязанностям. Париж во главе всего ставил эффективность, а потому даже появление такого редкого гостя отвлекло всех ненадолго.
На служение их Владыке.
— Магистр, не ожидал вашего визита, — обратился к Филину высокий мужчина в крепких доспехах. Седые волосы ёжиком, густая клиновидная борода, а также глубоко посаженные глаза.
Главнокомандующий, он же правитель Парижа, он же глава Ордена, производил грозное впечатление. Он походил на умудрённого льва, готового броситься на своего врага в любой момент. А самое главное — знающего, как убить его с наибольшей эффективностью.
— Увы, дела не ждут, Владыка, — чуть склонил голову Филин, замерев напротив правителя.
Тот ещё раз окинул прищуренным взглядом Магистра, после чего кивнул головой, предлагая пойти за ним следом. Они двинулись между носящихся туда-сюда адъютантов, гонцов и аналитиков.
Требовалось составить подробную карту новой оборонительной линии Техаса и Союза Городов, прикинуть численность подошедших сил к врагу с севера, найти наиболее подходящие места для прорыва этой «линии Шурика».
Даже в те моменты, когда на поле боя стояло затишье, командиры не смели отдыхать. От их работы зависело то, с какой эффективностью обрушит свой удар Железный Легион. От их же выкладок и прогнозов зависели тысячи жизней легионеров.
И во главе всего этого «аналитического центра» находился главнокомандующий Консул. Даже прозвище ему Система выдала соответствующее, точно признавая его способности ещё с Земли.
— Так и что же привело вас ко мне? Неужто с новой наводкой? Или ценной информацией? — поинтересовался Консул.
Филин являлся частью Ордена. Организации, созданной Лордом Парижа, чтобы поддерживать дисциплину и порядок на всех уровнях армии.
Слишком часто командующие Легиона находились за стенами их родного поселения. Уж больно часто Париж устраивал завоевательные походы тех или иных фракций от мала до велика. И потому требовалось держать руку на пульсе, следить за преданностью военных.
История не раз и не два показывала, что облечённые властью порой теряют берега. Даже самые верные, даже самые честные. Для того, чтобы подобного сценария можно было избежать, и был создан Орден в стенах Парижа.
Его Рыцари и Магистры следили за моральным духом легионеров, искали в их рядах врагов внешних и внутренних, направляли на путь истинный и докладывали обо всём своему Владыке.
За что и получили среди военных прозвище «Несущие Слово». Они несли слово их Лорда, доносили его волю в ряды Легиона.
Орден являлся одним из тех столпов, на которых и держался Париж.
— У меня действительно есть о чем доложить, — склонил голову Филин. — А конкретно о действиях командующего Тита. О проявленной им халатности. Ни одна из задач не была выполнена, как того полагается. Именно недооценка противника, продемонстрированная Титом, привела нас к провалу в Техасе. Он же приказал Легиону отступить. Неслыханный позор для нас всех.
Вот только Лорд Парижа был не согласен с донесением Магистра.
— Я читал доклады Тита. Командующий сделал всё верно. Его логика и доводы вполне понятны и признаны мною закономерными, — отметил Консул, не отводя взгляда от своего собеседника. — Если и искать виновника, то он определённо скрывается в рядах разведки. Орден облажался. «Несущие слово»… Вы определённо заигрались в политику, забыв о том, что в первую очередь вы обязаны собирать информацию. Что внутри Парижа, что за его пределами. Именно ваши ребята проглядели революцию в Техасе, ваши же оперативники не сумели захватить нашу главную цель на севере — техномага. И вы же прошляпили приход Союза.
