Идрис. Кит больше узнал об Идрисе из книг в библиотеке Лондонского Института. Легендарная родина Сумеречных Охотников, страна зеленых лесов и высоких гор, холодных озер и стеклянных башен. Ему пришлось признать, что часть его, которая любила фильмы-фэнтези и «Властелин Колец», очень хотела увидеть Идрис.
Кит сказал этой своей части помолчать. Идрис — это для Сумеречных Охотников, а он пока не решил, хочет ли он быть им. Тем более, он был точно — почти полностью — уверен, что не хотел им быть.
— Библиотека, — произнес Тай. Кит подумал, что Тай не будет говорить пять слов, когда можно сказать лишь одно. Он стоял перед дверью, ведущей в шестиугольную комнату, стены позади него были увешаны картинами с изображением кораблей. Некоторые висели криво, словно следовали изгибам волн.
Стены библиотеки были покрашены в темно-синий цвет, единственным произведением искусства в комнате была мраморная статуя человеческой головы и плеч, располагавшаяся на каменной колонне. В библиотеке стоял огромный стол в множеством ящиков, которые, к их разочарованию, оказались пустыми. За книжными полками и под ковром не было ничего кроме комков пыли.
— Может, поищем в другой комнате, — предложил Кит, вылезая из-под секретера с пылью в светлых волосах.
Тай помотал головой, он явно был расстроен.
— Здесь что-то есть. Я чувствую.
Кит не был уверен, что Шерлок Холмс полагался на чувства, но он ничего не сказал и просто выпрямился. Как только он встал во весь рост, он увидел кусочек бумаги, торчащий из-за края маленького письменного стола. Он потянул за него и вытащил лист бумаги.
Бумага была старой, почти прозрачной. Кит моргнул. На ней было написано его имя. Нет, не имя, а фамилия. Эрондейл. Оно было написано снова и снова, переплетаясь с другой фамилией так, что наслоение двух слов создавало повторяющиеся петли.
Второй слово было Блэкторн.
Глубокое чувство тревоги пронзил его. Он быстро запихнул лист в карман джинсов, когда Тай сказал:
— Подвинься, Кит. Я хочу поближе разглядеть этот бюст.
Для Кита слово «бюст» имело только одно значение, но раз в этой комнате грудь была только у сестры Тая, то он с готовность отступил в сторону. Тай подошел к маленькой статуте, располагавшейся на мраморной колонне. Он снял свой капюшон, и его волосы, мягкие, словно перья черного лебедя, взъерошились.
Тай прикоснулся к маленькой табличке под скульптурой.
— За друга умереть не сложно, сложнее найти друга, за которого стоит умереть, — гласила надпись.
— Гомер, — ответила Ливви. Какое бы там образование не получали Сумеречные Охотники, признал Кит, но оно точно было основательным.
— Несомненно, — сказал Тай, вытаскивая из-за пояса кинжал. Секундой позже он воткнул лезвие в глазное яблоко статуи. Ливви взвизгнула.
— Тай, что…
Ее брат вытащил кинжал и воткнул его во второй глаз статуи. На этот раз что-то круглое и блестящее с характерным звуком выскочило из гипсового глаза. Тай поймал вещицу левой рукой.
Он широко улыбнулся, и улыбка полностью изменила его лицо. Спокойное и ничего не выражающие лицо Тая завораживало Кита, но когда он улыбался, то выглядел удивительно.
— Что это? — Ливви пересекла комнату, и они оба встали рядом с Таем, который держал в руке многогранный кристалл размером с детский кулак. — И как ты узнал, что оно было там?
— Когда ты назвала имя Гомера — ответил Тай, — я вспомнил, что он был слепой. И его почти всегда изображают либо с закрытыми глазами, либо с повязкой. Но у этой статуи глаза открыты. Я посмотрел поближе и увидел, что сам бюст сделан из мрамора, а глаза из гипса. Ну и потом это было…
— Элементарно? — сказал Кит.
— Знаешь, в книгах Холмс никогда не говорил «Элементарно, мой дорогой Ватсон», — сказал Тай.
— Я точно помню, что слышал эту фразу в фильме, — ответил Кит. — Или по телевизору.
— Кто захочет смотреть фильмы или телевизор, когда есть книги? — спросил Тай с пренебрежением.
— Может, не будем отвлекаться? — поинтересовалась Ливви, ее хвостик раздраженно качнулся. — Что это за штука, которую ты нашел, Тай?
— Кристалл Алетейи. — Он поднес его в ведьминому огню сестры. — Смотри.
Кит посмотрел на многогранную поверхность кристалла. К его удивлению в кристалле мелькнуло лицо, словно картинка во сне — женское лицо, обрамленное черными длинными волосами.
— Ох! — Ливви прижала ладонь ко рту. — Она похожа на меня. Но как?
— С помощью кристалла Алатейи можно сохранить воспоминания или передавать их. Думаю, это воспоминание об Аннабель, — сказал Тай.
— Алатейя — это греческое имя, — произнесла Ливви.
— Она была греческой богиней правды, — проговорил Кит. Они уставились на него, а он пожал плечами. — В девятом классе делал доклад по книге.
Тай улыбнулся одним уголком рта.
— Очень хорошо, Ватсон.
— Не называй меня Ватсоном, — ответил Кит.
Тай ничего не ответил.
— Надо понять, как посмотреть то, что заключено в кристалле, — сказал он. — Как можно быстрее. Это может помочь Эмме и Джулиану.
— Ты разве не знаешь, как это сделать? — спросил Кит.
Тай недовольно помотал головой.
— Это не магия Сумеречных Охотников. Другую магию мы не изучаем. Это запрещено.
