Я столкнулась со взглядом Касыра, который неоднократно предупреждал меня, вероятно, из-за того, что они скрывали в библиотеке.
Я не осознавала, что из моих глаз текут слезы, пока не посмотрела на Арына. В тот момент, когда он увидел меня, улыбка исчезла с его лица. Он тут же встал и протянул мне руку, как будто испытал то же разочарование, что и я. Я подбежала и бросилась ему на шею, нуждаясь в его поддержке как никогда прежде. Он крепко обнял меня.
– Забери меня, – сквозь рыдания попросила я. – Они все меня ненавидят, вытащи меня отсюда.
– Нова, – позвал он, поглаживая меня по волосам, словно пытался успокоить. – Что происходит? Что стряслось? – Его голос звучал успокаивающе, но я слышала в нем угрожающие нотки.
– Он солгал, – ответила я. – Ты был прав. Сина нам не друг. – Я почувствовала, как он напрягся от моих слов, словно пружина. Положив руки мне на плечи, он медленно отстранился, чтобы посмотреть мне в лицо.
– Что случилось? – снова спросил он. Его губы сложились в прямую линию. Я перевела взгляд на Дарена, который нарочито громко скрипнул стулом, чтобы привлечь мое внимание. Он покачал головой так, чтобы только я увидела, чтобы только я могла понять, но этот образ отразился в моем сознании. Я знала, что остальные этого не видят, но мне было плевать.
– Хватит, – крикнула ему. – Держи свои дурацкие игры подальше от моего сознания.
Когда я замолчала, Арын уставился на Дарена. Он притянул меня к себе, взмахнул рукой, и защитный вихрь воды окутал мое тело. Я вдруг почувствовала, что очистилась от многих вещей, но также ощущала, что чего-то не хватает.
– Наследница Воздуха жива, – сказала я, встретившись с вопросительным взглядом Арына. – Они использовали меня как приманку, отвлекая внимание, вымещая все зло на мне и защищая своих наследников. Его наследница похитила меня, – выдавила я. – Он стоял передо мной и разыгрывал весь этот спектакль. Он с самого начала знал, кто меня похитил.
– Нова, позволь мне объяснить. – Сина сделал шаг вперед, и в этот момент разочарование, смешанное с чем-то еще, вырвалось из глубины моей души. Тот защитный водоворот, что по-прежнему кружился вокруг меня, внезапно собрался у меня на кончиках пальцев. Я не хотела, чтобы он приближался ко мне, – хотела, чтобы он держался от меня подальше. Я инстинктивно вскинула руки вверх, и огромная волна пронеслась по всей комнате, отбрасывая их всех назад. Никто не успел защититься от нее. Только Арын успел укрыть нас двоих от удара волны. Остальные были застигнуты врасплох, но им не потребовалось много времени, чтобы прийти в себя. Касыр опустил руку на рукоять меча.
– Нова. – Дарен встал передо мной. – Ты должна успокоиться.
– Лжец! – воскликнула я, нахмурившись. – Какая-то часть меня верила, что ты помогаешь мне, Дарен, но ты лжец. Кукловод, которому нравится тянуть за ниточки.
Он кивнул.
– Ты меня знаешь, – возразил он. – Я единственный, кого ты знаешь в этом мире. Знаешь, какой я. Лжец я или нет…
Я не знала, в чем он пытается убедить меня и зачем.
– Арын не причинит мне вреда! – По крайней мере, он всегда принимал решения и действовал в моих интересах. – Если он захочет обрушить этот мир на ваши головы, я помогу ему, – продолжила я. – Сделаю все, что потребуется, но обязательно позабочусь о том, чтобы выжить.
В моей жизни было мало того, что я не выношу. Я не была девушкой с мечтами или философскими взглядами и никогда ею не буду. Я всегда концентрировала свое внимание на положительной стороне жизни. Никогда не ценила завтрашний день. Приглашала всех в игру, которую сама же и придумывала. В детстве, когда выходила на улицу, при виде ребенка, оставшегося за пределами площадки, я брала его за руку и втягивала в игру. Зимой, сколько бы кошек ни встречала по дороге, я приносила их в дом и грела у камина. Всегда прятала еду по углам, где ее могли найти животные. Я никогда в жизни никого не оставляла без внимания. И никогда никому не позволяла оставлять в стороне меня. Неважно, кем я была или где. Неважно, была ли я безумной или нет.
Я не могла позволить кому бы то ни было причинять мне боль, выставлять меня полной дурой, высмеивать и использовать меня.
Однажды мир был затоплен, извергся опасный вулкан, случилось землетрясение, но при мысли об этом я думала только о том, что во время стихийного бедствия кто-то где-то причиняет боль другому. Такую сильную, что каждый заслуживает умереть в своей стихии.
Я бы не чувствовала себя такой разбитой, если бы меня схватили и перерезали горло. Какой мазью я собиралась залечить утраченное чувство доверия? Как должна наложить швы на свое разочарование?
– Зачем ты это сделал? – спросил Арын, крепко держа меня за руку и, что самое главное, не сомневаясь в правдивости моих слов. Он поставил меня выше своих старых друзей. Он не спрашивал, действительно ли Сина это сделал. Арын спросил, зачем он это сделал.
– Амон запретил приходить сюда даже наследнице Земли, – объяснил Лорд Воздуха. – Он не позволил бы моей наследнице выжить.
