И срок Вики вышел. Он истек пару мгновений назад.
Никто не мог этого остановить.
– Я понимаю, что все напуганы, но я прошу…
Слова не помогали.
Плач и стоны слишком громки, чтобы их заглушить.
– Послушайте! – объявил громогласным голосом Дима, сам того от себя не ожидая.
Сработало? Да. Не сразу. Но в главном холле жилого корпуса лагеря «Лосенок» постепенно воцарилась тишина.
Тут и там были слышны лишь приглушенные всхлипы.
– То, что случилось с Викой… – начала Маша, – я знаю, что об этом больно думать и больно говорить… Ее жертва научила нас первому уроку в нашей новой жизни, которая нас с вами здесь ждет. Нельзя выходить на улицу. Нельзя, если не хочешь погибнуть той же смертью.
Маша озвучила страшную истину. И это помогло остальным ее принять. С трудом. С большим трудом.
– Я не беру на себя смелость заявить то, что это была случайность. Точного ответа мы не получим, если не хотим, чтобы погиб кто-нибудь еще. Я настоятельно призываю вас оставаться под крышей этого дома. Да, это место станет для нас домом, пока не закончится гроза.
– А сколько она продлится? – спросил кто-то в толпе.
– Мы не знаем.
Но у Лизы нашелся свой ответ:
– Самая долгий ливень шел сорок дней и сорок ночей. Если это повторяется, то мы должны подождать. Этот корпус в «Лосенке» станет нашим Ковчегом. У нас есть шанс.
Маша отблагодарила Лизу теплым взглядом. Ее слова давали детям какую-то надежность и определенность.
Теперь они обозначили срок в сорок дней и ночей, как самый длительный.
– А день наступит? – спросил другой тонкий голосок.
– Если часы остановились, – размышляла Маша вслух, – возможно, время остановилось тоже. Мы подождем. Я не буду от вас скрывать свои худшие опасения, но и пугать вас не собираюсь. Я предпочту остаться реалистом. Да, сложно быть реалистом в такой ситуации. Но, учитывая обстоятельства, поделюсь своими мыслями и скажу… что день может не наступить.
Маша, почувствовав зарождение новой волны паники, повысила голос.
– Но это еще ни о чем не говорит! Точного ответа никто из нас не знает!
– Но как тогда пройдет сорок дней и ночей, если время остановилось? – спросил кто-то еще.
На этот вопрос ответа ни у кого не нашлось.
– Если мы хотим выжить, то должны действовать разумно. Пора вспомнить все, чему нас когда-либо учили. Мы же «лосята»! А «лосята» умеют выживать в сложных ситуациях, не так ли? Считайте это проверкой. Да, настоящей жизненной проверкой. Я хочу сказать, что вся еда лагеря находится на нашей кухне. Мы распределим обязанности и…
Внезапно ее речь, которую все так внимательно, затаив дыхание слушали, нарушил громкой вопль Артурчика.
– Я не хочу умирать! Я не хочу оставаться здесь! Может… эта молния – случайность?! Может… это больше не сработает?..
Дальше случилось нечто.
Артрур, высокий и объемный по своей комплекции парень, рванулся с места и побежал прямо к выходным дверям.
– Ты куда?! – бросил ему вслед Борька, выставив один костыль вперед. – Вернись сейчас же!
Но Артурчика никто не мог остановить. Он бежал, сломя голову, прямо к воротам.
Дима, чтобы спасти Машу, увел ее в сторону, ведь по траектории Артура он должен был сбить их с ног!
– Я не умру! Это просто случайность! Случайность!
Все уже были готовы к тому, что большой парень вырвется на улицу и кончит жизнь так же, как Вика, но внезапно на него набросился Андрей.
Он сбил Артрура с ног и повалил на пол у самого выхода из здания.
– Не надо! Прошу! Не хочу умирать! – ревел Артрур.
Андрей повалил слабоумного паренька и сейчас сидел на нем сверху. Пылая от ярости и злости, Андрей взревел:
– Не делай так больше! Никогда! Ты смерти себе хочешь?! Не видел, что случилось с той глупой девчонкой?! Она померла из-за своей тупости и глупости!
– Андрей! – Лена бросилась в его сторону, чтобы остановить.
Но тот не замолчал. Андрей продолжил:
– Ты – тот самый идиот, да? Псих! Я не дам тебе сдохнуть, жирная свинья, даже если ты и дебил конченный! Слышишь? Я не дам никому здесь сдохнуть, как подохла та девка, чей труп валяется на песке под проливным дождем! Вставай, псих! И больше не делай глупостей, урод! Ты меня понял?!
Артрурчик заливался слезами.
– Ты менял понял, идиот несчастный?! – проревел Андрей.
Лена схватила Андрея и принялась оттаскивать его от Артура. Борис стремительно приближался, упираясь на свои костыли.
– Скажи, что понял меня!
Артурчик энергично закивал.
Только получив ответ, Андрей наконец слез с Артрура, но бросил напоследок:
– Псих!..
Наконец Андрей решил успокоиться, и в этом ему помогла Лена, обняв человека, который только что спас жизнь другому.
Артурчик просто плакал и хныкал, не в силах встать на ноги.
– Поднимайся, дружище! – Борька протянул товарищу свой костыль. – И давай больше без глупостей, лады? Если сказали, что нельзя гулять – нельзя значит. Будем себя сами развлекать.
Артручик принял помощь от Борьки и встал на ноги. Пристыженный, мальчик скрылся в толпе, чтобы стать невидимым для всех.
Маша отказывалась комментировать эту ситуацию даже у себя в голове. Из всего произошедшего хорошее было лишь одно – Артур жив. Остальное уже не имеет значения.
