– Да, можешь. В определенные дни. После овуляции. Когда твоя яйцеклетка готова принять сперматозоид мальчика. И если яйцеклетка не получила его, то она погибает. И происходит менструация. Понимаешь? Мне кто-то сказал, что «месячные – слезы по несостоявшейся беременности». Это не значит, что ты должна непременно беременеть! Надеюсь, ты понимаешь меня.
Алиса кивнула и посмотрела на прокладку, которую Маша держала в руке.
– А это что?
– Прокладка. Она впитает в себя кровь, когда это начнется снова. Тебе нужно будет носить их, когда время придет. Я отдам тебе свою пачку. У меня еще есть. Попробуй.
Алиса, получив прокладку, попробовала ее приложить к влагалищу.
– Немного прижми, – Маша направляла руку Алисы, – вот так!
Когда у Алисы все получилось, она легко улыбнулась и посмотрела сначала на Свету, а потом на Машу.
– Спасибо!
– А теперь одевай трусики. Ты молодец.
– И у меня тоже это будет? – испугавшись, спросила Света.
– Да, но теперь ты знаешь, что надо делать. Если у ваших подруг еще не начались месячные, то советую им все рассказать, чтобы они не сильно нервничали, когда придет время.
Надев трусики, Алиса вскочила и подмигнула своей подруге:
– Видала, Светка? Теперь я взрослая!
– И не забывай теперь следить за гигиеной. Тщательно мойся. Принимай только душ. Хорошо?
– Да, я все поняла! Очень жаль, что мама ничего не рассказала…
– Так бывает. Не все мамы готовы это рассказать, но они должны это делать. Это важно.
Девочки еще раз отблагодарили Машу за помощь, и она смогла вернуться в свою комнату, где ее уже ждала взволнованная Катя, ожидавшая рассказа о случившимся.
* * *
– Кто сегодня на завтраке? – поинтересовалась Катя, когда шла вместе с Машей в ванную комнату.
– Наши, – ответила Маша, – Лиза, Леша, Лена и Андрей.
Маша поймала себя на мысли, что совсем потеряла счет времени. В этих условиях было просто невозможно понять, сколько дней они уже живут такой жизнью.
День не имел своих сроков.
Дня не было вообще!
Дождь и ночь – эти любовники не думали оставлять их в покое.
Они даже не знали, сколько времени уходит на сон. Эту жизнь можно сравнить с жизнью кротов под землей. Те тоже не ведают, сколько суток миновало, пока рыли свои туннели.
– Надеюсь, они приготовят что-нибудь вкусненькое! – воскликнула Катя. – А то суп «Червяков» был слишком пересоленным.
– Это да! Кому-то постоянно нужно следить за готовкой. Кто у нас в этом профессионал?
– Надо подумать…
Девочки, войдя в ванную комнату, застыли, увидев жуткую сцену, развернувшуюся перед ними.
В одной из туалетных кабинок на полу лежала Кристина, вся мертвенно бледная и в поту. Рядом на коленях стояла Оля, вся в слезах, растерянная.
– Помогите! – взревела Оля. – На помощь!
Маша и Катя, отбросив свои полотенца в сторону подбежали к двум девочкам.
– Что случилось? – быстро спросила Маша, но, осмотревшись, сама поняла, в чем дело.
– Она хотела умереть! Она хотела отравить себя! Какая же дура!
На полу были разбросаны белые таблетки и пустые упаковки.
– Сколько она приняла? – спросила Маша.
– Не знаю! – Оля почти задыхалась. – Слишком много!
Маша, быстро вспомнив о курсах первой помощи, проверила дыхание и кровообращение Кристины на сонной артерии.
– Дышит. Сердце бьется. Надо достать таблетки…
На посиневшей губе Кристины стекала пенистая слюнка.
– Надо вызвать искусственную рвоту! – воскликнула Катя.
– Так делайте же! – Оля не могла смотреть на свою подругу.
Машу всю трясло. Она не знала: получится ли у нее.
– Нельзя так просто сидеть и ждать! – ревела Оля. – Скорее! Она же умрет!
Маша в ужасе осознала: жизнь человека в ее руках. Сейчас все зависит только от ее действий.
– Если ее вырвет, может быть рвота на рвоту… – вспомнила Катя.
И Маша это понимала. Она вообще не была брезгливой, но в такой ситуации было трудно сохранять самообладание.
– Подержите ее, – решила она все-таки.
Катя и Оля приподняли Кристину, посадив ее, прислонив спиной к стенке. Маша открыла рот Кристине и приготовила указательный и средний пальцы.
– Нужно надавить на корень языка, помнишь?
Машу поразила собранность и спокойствие вечно паникующей Кати.
Маша кивнула. Эта хладнокровность подруги тоже помогла ей собраться с мыслями. Левой рукой она держала рот Кристины открытым, а правую руку сунула в рот.
Маша ощутила что-то теплое, мокрое и совсем неприятное. Она переборола свою брезгливость и надавила двумя пальцами на язык, надеясь, что это был именно язык и она коснулась довольно глубоко.
Действия Маши (что бы она ни сделала) заставили Кристину очнулся и задышать более интенсивнее.
– Получилось! – воскликнула Катя.
Маша спешно вытащила два слюнявых пальца изо рта Кристины. Девочка в черном покачнулась, согнулась, и из нее вырвались желтые и серые рвотные массы прямо в ноги Оле и Кати!
В рвоте Маша обнаружила белые таблетки.
Теперь в воздухе стоял омерзительный запах рвоты. Это зрелище заставило Машу покачнуться. Она сама ощутила рвотный комок в горле и поспешила склонится над унитазом.
Маша позволила рвоте выйти из нее и прокашляться. В горле у нее заболело из-за кусочков пищи, которые ранили стенки глотки и неба.
