Она отдавала отчет в том, что эти люди сошли с ума. Может, не все, но большая часть.
Они боятся.
Одни боятся безумия других.
И каждый безумен по-своему.
Наверняка, кто-то планирует сейчас новое нападение. Кто-то выбирает жертву для нового обеда.
Больше нет человечности в этих детских разумах. Их разум раскололся. Остались лишь природные, животные инстинкты. Базовые потребности, которые требуют немедленного удовлетворения.
– Из социальных животных мы превратились в… простых животных.
«И не всякие животные являются каннибалами», – добавилась у Лизы еще одна мысль.
Они хуже и страшнее, чем самые опасные хищники планеты.
Все они одновременно оказались на самой вершине пищевой цепи и в самом ее низу.
«Консументы первого порядка», – печально подумала Лиза.
Лиза стояла и смотрела на этот бесконечный страшный ливень, от которого не было никакого спасения. Их надзиратель на стороже всегда. От него не спрятаться. От него не убежать. Пока он сам не уйдет, пока он сам не оставит их в покое и не позволит им выжить, они не могут спастись.
Но опасность грозы и призраков отошла на самый последний план…
Отныне им стоит бояться лишь друг друга.
– Т-т-ты к-к-как?
Леша вышел к ней.
Теперь холл пополнил еще один, третий человек. В остальном – они находились здесь в полном одиночестве.
– Привет, Леша, – выдохнула Лиза.
Он встал рядом с ней и принялся тоже смотреть на нескончаемый ливень в ночи.
– Я… ничего, просто устала. Порядок.
Леша неуверенно кивнул.
– А ты что-то хотел?
Лиза взглянула на друга. Этот человек верно помогал ей во всем. Он всегда был рядом.
Лиза сама не заметила, как держалась в этом месте только на поддержке заикающегося мальчика, который явно испытывал к ней симпатию.
– В-все за-зашло т-т-так да-далеко, ч-ч-что мы и пре-представить се-себе не м-м-могли, ве-верно? – обратился он к ней.
– Ты прав, Леша. Совершенного не изменить. Остается лишь держаться вместе, чтобы…
– Не быть следующими.
Эту фразу он произнес без заикания.
Лиза сама взяла его за руку. Его ладонь оказалась теплой и немного влажной.
– Спасибо, что всегда был рядом со мной, Леша. Ты во многом мне помог здесь. Думаю, без тебя я бы не справилась. Твоя поддержка для меня очень важна.
Она заметила, как бледные щеки Леши залились розовой краской.
– Л-л-лиза, – он снова заговорил.
– Да?
– Я-я хо-хотел те-тебе кое-что ска-сказать.
Она не дала своего согласия. Лиза промолчала, догадываясь по его тону и взгляду о том, что Леша желает ей сообщить.
– Т-ты мне… о-оче-чень нра-нра…
– Леша.
Лиза оборвала его на полуфразе и взяла уже за две руки. Они стояли рядом и смотрели друг другу в глаза.
– Ты очень милый. Ты невероятно заботливый и… добрый человек. Я очень ценю твою поддержку. Правда. Это было важно для меня. Я искренне благодарна тебе за все, что ты сделал и делаешь для меня.
Его губы слегка расплылись в нежной улыбке.
Лиза взглянула на Сонечку, которая внимательно и молча наблюдала за разговором двоих ребят.
– Н-но…
Лиза снова посмотрела на Лешу и продолжила:
– Но я не могу ответить тебе взаимностью, Леша.
Кажется, он так вздохнул и задержал дыхание.
– Я нисколько не сомневаюсь в твоих светлых, добрых и нежных чувствах ко мне. Я вижу это, Леша. Правда. Я все вижу. И мне это… очень приятно! Поверь.
Леша выжидал, затаив дыхание.
– Я не могу ответить тебе тем же. Я не хочу причинять тебе боль. Леша, я не смогу дать тебе то, что ты ищешь. У меня этого нет, прости. Тебя может сильно ранить, если я предложу тебе дружбу, которую я очень ценю. Знаю, тебе не это нужно и…
– В-все но-нормально…
– Леша!
Лиза крепче сжала его руки. В ее глазах застыли слезы.
– Прости меня. Я просто не могу. Пойми. Я не чувствую к тебе того же…
– И я не мо-могу за-заставить те-тебя…
– Спасибо. Спасибо, что ты все понял. Мне, правда, очень жаль, что все так. Но я, правда, не могу. Может, просто сейчас не время.
Лиза взглянула на Соню и добавила:
– Я должна думать о ней.
Девушке было тяжело справиться с теми эмоциями, которые она сейчас испытывала, говоря Леше такие слова. Будто она чувствовала его боль в себе. Ей совсем не хотелось быть такой сейчас, но ради Сонечки она должна.
Она снова обратила внимание на Лешу, и мальчик сам шагнул в ее сторону и крепко обнял. Ей было приятно почувствовать его тепло, заботу и ласку. И ей самой стало невыносимо больно от того, что она не может себе позволить все это взять и принять.
– Я-я все-равно до-должен это ска-сказать, – прошептал он ей на ухо.
А потом добавил, не заикаясь:
– Я люблю тебя, Лиза.
И больше она не могла сдерживать слез.
* * *
Гриша и Катя, держась за руки, шли по коридору второго этажа. Девочка часто озиралась по сторонам. Она была крайне встревожена опустошенностью всего здания. Будто все дети внезапно исчезли, пропали, и они остались здесь одни, вдвоем.
В висках у нее стучало. Катя из последних сил шевелила ногами. Ей хотелось упасть и не вставать.
– Подожди!
Она остановилась и прижалась спиной к стене, тяжело дыша.
– Что такое? – Гриша был сильно обеспокоен.
Лиза сглотнула соленый комок и ответила, сдавленно:
– Я хочу есть.
Она тяжело дышала.
– Глупо, не правда ли? Учитывая, все это…
