— Я заметил, господин, что к главному потоку фоев приближается императорский гонец. Собственно, гонцов там много, но императорский лишь один. С ним десяток сопровождающих, но они не очень осторожны — просто не верят, что на них кто-то может напасть. Мы можем завладеть их посланием, их одеждой — это очень важно, — чуть-чуть разукрасим
— Ты проникнешь к их генералам на летающем корабле?
— Да, у них есть с полсотни таких же кораблей. Если наш чуть подмаскировать, он вполне сойдёт за один из тех, которые только что прибыли из империи.
— Не знал, что у них есть летающие корабли, — сказал Рубос.
— И не меньше десятка боевых кораблей находится здесь, среди войска, — уверенно сказал Сухмет. — Я почувствовал, что они гораздо сильнее нашего, и быстрее, и лучше вооружены. Так что удирать оттуда придётся с умом.
— Ладно, пока нужно думать не о бегстве, а о том, как проникнуть на их военный совет, — задумчиво протянул Лотар.
— Как имперский посланник, ты пройдёшь туда…
— Ты пройдёшь, я не знаю языка.
— Я его тоже порядком подзабыл… — задумался Сухмет. — Вот что, попробую замаскировать свой выговор под южный акцент. Такого посланника никто не будет уважать, но не выслушать его не посмеют. А ты будешь моим телохранителем. И тоже сможешь пройти со мной на приём.
— Только тебе, старик, придётся снять свой ошейник, — сказал Рубос.
Сухмет улыбнулся:
— Тут не ошейник придётся снять, а коренным образом сменить ауру, одежду и мышление. К счастью, некоторое время грамота императора поможет скрывать ошибки.
Да, это могло получиться. Лотар поднялся на ноги. После долгой медитации по коже бегали мурашки, но скоро кровообращение восстановилось, и он почувствовал себя легко и свободно.
— Тогда, если это всё, подумаем, как напасть на настоящего посланника.
— А с этим затруднений не предвидится, — ответил Сухмет. — Они намереваются остановиться в маленькой гостинице у дороги, где никто не помешает увести у них те вещи, которые нам понадобятся.
— Грабёж?
— Лучше — воровство, — хмыкнул Сухмет. — Может быть, это спасёт жизнь хоть кому-нибудь из посланцев, а иначе их ждёт шёлковая петля.
Деревушка давно спала, когда
— Все готовы? — спросил Лотар.
Рубос что-то жевал, Сухмет со звоном, никак не подходящим для тайной операции, застёгивал нагрудные доспехи, четверо учеников стояли неподвижно, стараясь сдержать даже дыхание. Из всех четверых один только Каш бывал в настоящих переделках, но об иных его проказах Лотар и слышать не желал. Однако в настоящий бой, а не на грабительский налёт Лотар и его брал сейчас впервые.
— Всем всё ясно?
Вопрос задал Виградун:
— Учитель, почему всё-таки ты приказал нам идти с этим, а не с настоящими мечами?
Мальчишкам, несмотря на протесты, Лотар не дал мечи, а потребовал, чтобы каждый сделал себе бокен по руке. Хорошо обструганные дубинки, которыми можно было оглушить, парализовать и почти бесшумно отбить выпады противников, по мнению Лотара, как нельзя лучше подходили для этого дела.
— Чтобы в случае чего вы могли их бросить, — пояснил Лотар, свято уверенный, что только полное понимание всего, что происходит, обеспечивает успех любой операции.
Рубос что-то проворчал. Лотар посмотрел на него.
— Нет, я ничего, просто дожевал наконец, — буркнул мирамец и вытянулся чуть не по стойке «смирно».
— Заходим со стороны домов, если не будет собак. Если что-то не получится, Сухмет прогонит их заклинаниями, только без визга, — сказал он в десятый раз. Но сейчас, как ни странно, Сухмет не кивнул, соглашаясь, а слегка кашлянул, протестуя. — Что такое?
— Дело в том, господин, что я не чувствую собак поблизости. Там вообще мало живности.
— Ну чего ты хочешь? — прошипел Рубос. — Здесь всё-таки прошла великая армия. Конечно, живности поубавилось.
— Это обсудим по дороге, — сказал Лотар и первый соскользнул по верёвке на землю.
Ученики тоже воспользовались верёвкой, массивный Рубос и старый Сухмет сползли по верёвочному трапу. Все двинулись по полю к деревне. Лотар старался, чтобы они оказались как раз у ближайших к гостинице домов. Было тихо, лишь кое-где подавала голос нерешительная осенняя цикада.
Лотар полной грудью вдохнул воздух, который поднимался от земли. Пахло очень хорошо — травой и остывающими от дневного солнца камнями. Свежий ветерок стекал в долину с гор. Настроение не портила даже мысль о близкой схватке, в которой опять придётся убивать, лить кровь… Впрочем, может, кровь проливать как раз и не придётся. Солдат сопровождения и слуг у посланника не больше двух десятков. Половина ничего не поймёт, остальных они могут просто оглушать бокенами… Лотар проверил, как вынимается Гвинед. Жаль, свои бокены он не догадался взять.
