Подъемник быстро разобрали, сложили в грузовик и поехали. Поторапливаться действительно стоило, так как вот-вот займется рассвет, а вместе с ним вновь забушуют магнитные бури. Хотя на сегодня вроде не прогнозировалось. Но от жары точно никуда не денешься.
«Ничего, — подумал Эрик, глядя на светлеющий восток, — скоро на смену мегадня придет меганочь, солнца вообще не будет, тогда и температура пониже станет, радиация спадет и магнитные бури вообще беспокоить почти не будут…»
— Самолет… — произнес водитель.
Махов и Ремезов тут же посмотрели в указанную сторону. В небе действительно летел легкий одномоторный самолетик «стриж» на шесть мест.
«Элен вроде снова вертолет собирала, — с удивлением подумал Эрик. — Ей вообще самолеты не нравятся. Значит, это не она».
— «Крысы», — глухо проворчал Антон Николаевич.
— Думаете?
— Уверен… почти. Летит с запада, но ни у кого от нас до ближайшего сто двадцать второго модуля пилотов нет. Я узнавал. Значит, летун среди «крыс» нашелся. Удивлен.
— Может, у кого-то с той стороны каньона нашлись пилоты, и они делают разведывательный облет территории?
— Только на это и надеюсь… Но сильно сомневаюсь.
Как Махов и предполагал, стоило только ему прибыть домой, как на него набросилась Элен. Значит, все-таки разболтали.
— Ты же обещал!
— Извини. Если бы я на это не пошел, нас бы всех просто порвали…
Но Элен уже не слушала. Убедившись, что на нем нет ни царапины, девушка уткнулась ему лицом в грудь и немного повсхлипывала.
— Ну ладно… больше так не буду. Обещаю.
— Грош цена твоим обещаниям…
— Ну я же не специально… — развел руками Эрик. — Выхода другого не было. Хотел каре построить, да только…
— Понятно. У всех кишка оказалась тонка. Ладно уж, пойдем, поедим чего-нибудь… а то что-то меня после нервов на еду пробивает.
— Так может, просто не ела? А то я заметил — вертолет в полной готовности стоит, на солнышке заряжается.
— А ведь правда… я все приемы пищи пропустила, заработавшись. Впрочем, это неудивительно, учитывая, что за еду нам дают.
— Да уж…
Но есть пришлось всю ту же кашу. Хорошо хоть под конец им подали какие-то жареные коренья. Они оказались очень даже ничего, сладковатые. Жаль только, что такой еды как назло было немного. Закон подлости в действии.
— Типа конфеты к чаю, — усмехнулась Элен.
— Точно, — соглашаясь, хохотнул Эрик.
С заходом солнца Ремезов как всегда нагрузил всех трудоспособных людей работой. Каждому находил занятие. Кто по каким-то причинам не хотел работать, хандра одолела или из боязни, тех особо не заставляли, но действовало простое правило: кто не работает, тот не ест, только воду давали. Так что тут волей-неволей на работу пойдешь. К тому же страх у большинства людей перед опасностями чужого мира так или иначе притупился. Выбора-то у них нет, да и от судьбы не уйдешь.
Инженеры с большой осторожностью начали сливать остатки топлива из баков посадочных двигателей. Позже из них собирались сделать гранаты и даже небольшие бомбы. К последним изделиям уже готовили оперение и внешнюю оболочку из пластиковых коробок. В такие оболочки предполагалось закладывать колбу с топливом, а между колбой и внешним корпусом закладывать камень как основной поражающий элемент.
Поскольку от простого удара топливо не взрывалось, а только от огня (понятно, что для бомб такой запал не очень подходит), то в качестве запала приспособили патроны с мелкой дробью, все равно они в этом мире мало полезны. К капсюлю с помощью нехитрого приспособления подводился гвоздь и при падении на этот гвоздь происходил удар по капсюлю, порох, естественно, возгорался, дробь пробивала колбу с топливом, которое воспламенялось, и происходил взрыв. Ничего сложного. Плохо в данном случае только то, что гильзы безвозвратно терялись, а ведь их можно было бы переснарядить, если изготовить порох. Но тут уже не до мелочей. Выжить бы.
Также не стали тянуть с рытьем канала, чтобы высвободить часть труб для передачи их более нуждающимся. Этим убивали сразу двух зайцев: помогали нуждающимся соседям, а также копали землю для оранжерей, все равно ее пришлось бы выбирать из каньона. Кроме того, раз уж на то пошло, люди под охраной собирали съедобные растения и коренья, обогащая скудный рацион. По сути уже переходили на местную пищу.
Не стали бездельничать и Элен с Эриком. Вертолет, простояв день под солнцем, зарядил свои батареи под завязку и был готов к полету. Махов загрузил в него кипы листовок и скомандовал:
— От винта!
— Есть, командир! — ответила девушка и резко оторвала винтокрылый аппарат от земли, заставив сердце Эрика замереть между «тик» и «так», а самого его вжаться в кресло.
— Полегче, дорогая…
— И не подумаю! — ответила Элен, закладывая крутой вираж.
Махову пришлось смириться и только украдкой закатывать глаза да вжиматься в кресло.
— Это месть?
— В точку!
Впрочем, вскоре Элен сжалилась над вжавшимся в кресло Эриком и перестала вытворять в небе черт-те что.
Когда полет стал ровным, Махов стал чаще осматривать пространство в бинокль.
— Самолет ищешь? — догадалась девушка, уже прознавшая про полет самолета.
