Когда выяснилось, что железнодорожный билет отнюдь не был важным элементом пазла, каким я норовил его представить, мы говорили о Саре Техас не так уж и часто. Кто-нибудь более честолюбивый, нежели я, наверняка бы решил довести дело до конца, раз уж начал, но я, черт побери, не таков. Важнейшее условие успеха — самому выбирать свои сражения.
Фактически уже на следующий день жизнь потекла своим чередом. Мы с Люси снова принялись бестолково сновать по конторе в ожидании отпуска, нехотя отвечая на телефонные звонки. Люси по-прежнему рассуждала о том, какой солнцезащитный крем стоит взять с собой в Ниццу, а я вполуха слушал. Потом позвонил Веронике, с которой познакомился в «Пресс-клубе».
— Не хочешь повидаться? Могу заехать к тебе с бутылкой вина и сырной нарезкой.
Вот что я сказал.
— Отлично. Ужасно хочу повидаться!
Таков был ответ.
Чуть слишком восторженный. Пусть мне недостает терпеливости, зато я суровый стратег. За десятилетия зависимости от встряски, какую дает только хороший секс, я до совершенства развил способность обставлять свидания. Ведь и трахаться тоже надо стильно. Многие девушки готовы, ничего не требуя, заняться с парнем сексом — даже не один раз, — но только если с ними не обращаются как с дерьмом. Вообще это вполне естественно, однако многие парни ошибочно полагают, что, если они проявят уважение к девушке, которая вызывает у них желание, она вообразит, будто отношения серьезны, станет навязчивой и обидится, поняв, что заблуждалась. Со мной так бывает теперь все реже. И я нисколько не сомневался, что с Вероникой ничего подобного не произойдет.
Вероника предложила повидаться в пятницу, но для меня это, разумеется, было исключено, поскольку вечер пятницы мы с Беллой всегда проводим вместе.
— Тогда в субботу?
— В четверг, — сказал я. — Завтра.
Отчасти мне не хотелось ждать, а отчасти она субботнего вечера не стоила. Да и у Люси, возможно, будут какие-то планы.
Едва я успел положить трубку, как дверь моего кабинета распахнулась. На пороге стояла Люси в бикини. — Если тебя не интересуют мои солнцезащитные кремы, так, может, ты хотя бы поразмыслишь над тем, что мне надеть?
Сколько раз можно заводиться из-за одной и той же женщины? Такие вот вопросы порой не дают мне уснуть ночь напролет.
— Ничего, — хрипло сказал я.
— Но Мартин…
Ну да, все как обычно. Мы с Люси играли в дурацкие игры, мастерили из старых дел бумажные самолетики. Материалы предварительного расследования по делу Сары Техас я аккуратно сложил обратно в ящики и отнес в подвал. На днях свезу на свалку, но сейчас, когда разочарование еще совсем свежо, я просто решил убрать это барахло с глаз долой.
В последующие дни я сделал одно-единственное разумное дело — удостоверился, чтобы для моего клиента из СИЗО, защищавшего свою сестру Майю, все разрешилось благополучно. Его так называемого другана арестовали за нанесение тяжких телесных повреждений и за противозаконные угрозы и шантаж, а моего клиента выпустили на свободу. Никто меня не звал и не ждал, но я присутствовал на встречах моего клиента с полицией касательно того, как в дальнейшем будет обеспечена защита семьи. Полиция тщательно проверила связи и возможности другана и пришла к выводу, что уровень угрозы для моего клиента и его сестры невысок.
— Только пока он сидит за решеткой, — сказал мой клиент.
На такой случай у полиции тоже имелся план. Как только мерзавец выйдет на волю, за ним установят наблюдение. Я со своей стороны был спокоен. Кстати, и мой клиент тоже.
Все шло тихо-мирно. Порой даже солнышко выглядывало из-за туч. Работы в конторе было так мало, что я два дня кряду после обеда приводил туда Беллу, хотя вообще-то ей полагалось находиться в садике.
Возможно, так бы продолжалось. В спокойствии, при солнце и в детских играх. Если бы не одна деталь, которую я совершенно упустил из виду. Что на свете есть люди куда более терпеливые, чем я сам. И не только более терпеливые, но и более упертые.
В пятницу, во второй половине дня, я сидел в кабинете, писал мейл. Накануне вечером я встретился с Вероникой, а еще до этого мы с Люси наметили, как проведем выходные. Словом, день выдался очень хороший. Как вдруг в дверь позвонили, и, помнится, я подумал: «Кого там нелегкая принесла?» Мы никого и ничего не ждали, и Люси ушла домой. У меня было мелькнула мысль, не Бобби ли это. Я чертыхнулся про себя, ведь следовало позвонить ему и сообщить, что я отказываюсь от дела.
Но, открыв дверь, я увидел не Бобби. На пороге стояла женщина.
— Вы Мартин Беннер? — спросила она.
Собственно, внешне она не вызывала особого интереса. Самая заурядная женщина. Не красивая, не уродливая, совершенно обычная. Мне по душе люди, которые не пускаются на всякие там ухищрения. — Да, Мартин Беннер — это я. Вам нужна помощь?
Она нерешительно шагнула в холл.
— Пожалуй, — сказала она. — Во всяком случае, Эйвор послала меня сюда.
