Люси открыла дверцу такси, села на заднее сиденье. — Залезай, — сказала она мне.
Со вздохом я повиновался. Да, от нее мне точно не отделаться.
Такси покатило в сторону района Эстермальм. Я упорно смотрел в окно. Из всех вопросов, мельтешивших в мозгу, два требовали ответа в первую очередь:
Кто знал, что Дженни была в городе и собиралась встретиться со мной? И откуда этот человек знал, что́ она мне расскажет?
В романах и фильмах адвокаты собирают пазлы. Раскрывают крупные заговоры и круглые сутки бьются за своих клиентов. На самом деле это неправда. Пазл уже собран, и нам редко недостает важных элементов. К сожалению. Было бы куда увлекательнее, если бы все обстояло иначе, но ничего не поделаешь.
Я понимал, что не стал бы Саре Техас очень уж хорошим защитником. Никак не стал бы, коль скоро ей вправду было необходимо, чтобы ее осудили за все убийства, какие она взяла на себя. Я бы испытал разочарование. Огромное разочарование. Поставил бы под сомнение ее стратегию, обозвал бы дурой. И рано или поздно занялся бы тем, чем занят сейчас, — проверкой разрозненных нитей, отброшенных полицией.
Если все взаимосвязано так, как я предполагаю, то именно тогда Сара меня бы вышвырнула. Поняв, что я выполню работу лучше, чем Дидрик и его коллеги. Потому что, давая признательные показания, Сара несомненно хотела, чтобы ей поверили. Если прежде я не был уверен в своей версии, то теперь все сомнения отпали. Саре угрожали. И чем-то настолько страшным, что десятки лет за решеткой казались предпочтительнее непризнания вины и жизни на свободе.
Разве только она решила, что в тюрьму не попадет, поскольку успеет умереть раньше. Быть может, чувствовала себя в безопасности, зная, что не будет гнить в камере? Этого мы никогда не узнаем. Ясно лишь одно: она не могла предвидеть, что ее папаша окажется на смертном одре и таким образом обеспечит ей возможность «увольнительной».
Случайности и стечения обстоятельств совпали, образовав совокупность, которую мне никак не удавалось осмыслить. Я беспокойно ерзал на заднем сиденье такси. Угроза, вынудившая Сару Техас признаться в пяти убийствах, теперь, по всей видимости, нашла другую цель.
Меня.
Черта с два, без драки я не сдамся.
Словно очнувшись от долгого транса, я посмотрел на Люси. Она ответила серьезным взглядом.
— Мне надо разыскать Бобби, — сказал я. — Он наверняка кому-то проболтался. Ведь это он заварил кашу, вот пусть и расхлебывает.
Люси медленно покачала головой:
— Ты с ума сошел. Даже не собираешься бросать это дело.
— А ты как думала? — возмущенно спросил я.
Такси затормозило у моего подъезда. Я достал бумажник. И прежде чем передать таксисту карточку «Американ экспресс», пристально посмотрел на Люси:
— Послушай меня. Если хочешь быть в моей команде, ты должна принять, что мы действуем по-моему. В опасности я, а не ты. На карте мое будущее, а не твое. И мне, а не тебе надо заботиться о ребенке.
Когда я проговорил эти последние слова, она вздрогнула. По ее лицу снова скользнула тень печали. Непонятной для меня печали.
— Если ты все равно намерена подняться со мной в квартиру и доискиваться до подоплеки этой хреновой истории, добро пожаловать. Но повторяю: действовать будем по-моему. Если же ты не согласна, попросим любезного шофера продолжить путь к тебе домой. — Я помахал кредитной карточкой: — Таксометр тикает, Люси. Ну так как?
Она упрямо вскинула подбородок:
— Ты не только жмот. У тебя еще и память плохая. Без меня ты бы не достиг и половины того, что имеешь в жизни.
Она расстегнула ремень безопасности и просто сказала:
— Я иду с тобой. Иначе быть не может.
Когда мы пришли, Белла не спала, она изнывала от беспокойства. Тотчас забралась ко мне на колени, обняла за шею загипсованной рукой. Порой я думаю, что никто и никогда не любил меня так беззаветно. Я стараюсь избегать мыслей о том, чувствовала ли она с моей стороны такую же любовь.
— Бабушка сказала, что тебя не будет очень-очень долго, — прошептала она.
Я сердито покосился на Марианну.
— Ты же знаешь, это неправда, — сказал я. — Я всегда возвращаюсь. Верно?
Малышке рано пришлось привыкать к моим отлучкам. Я уезжал и возвращался. Из деловых и отпускных поездок. Этим утром я отсутствовал всего несколько часов. И меня напугало, что она уже успела затосковать. — Тебе точно больше не нужна помощь? — спросила Марианна в передней.
Вообще-то мне бы любая помощь не помешала. И я бы с удовольствием позволил ей взять Беллу с собой. Но сейчас это было исключено. Белла должна оправиться от травмы в домашней обстановке. В случае чего на выручку придет Люси.
— Спасибо, что ты смогла приехать, — сказал я, открывая дверь.
Марианна посмотрела на меня с обидой:
— Подумай, как ты поступаешь. То и дело вызываешь меня посидеть с ребенком, но не позволяешь стать частью твоей семьи или твоей жизни. Это больно, чтоб ты знал. — Она легонько стукнула себя в грудь. — Здесь, внутри. Очень больно.
