— Мы не можем поступить иначе в данной ситуации, — спокойно проговорил мужчина, ни на секунду не отрываясь от изучения бумаг, что лежали на столе. — Лучше напиши Драко. Наш сын, если ты еще думаешь о нем, а не о каком-то зеленоглазом оборванце, только начал учиться. Узнай, как у него идут дела.
Бывшая Мисс Блэк, сохраняя сдержанность в высказываниях, все же не могла примириться с тем, что где-то там, в холодных подземельях, находится в ужасном состоянии ребенок, которому столько же лет, сколько ее собственному дитяти. Женское сердце не могло мириться с такой жестокостью, но приказы Лорда неоспоримы. Волан-де-Морт намеренно хотел извести мальчишку, чтобы тот ослаб, и это не говоря уже о том, что Гарри фактически собственноручно лишил себя защиты от рук Темнейшества. Нарцисса слышала, что Гарри сбежал из дома своей тети. Женщина не участвовала в похищении мальчика, а лишь наблюдала потом за тем, как его принимали сюда, в менор. Зрелище ужаснуло Нарциссу, она до сих пор с болью в груди вспоминала тот миг.
— Мы хотя бы сами должны спуститься и проверить, — наклоняясь немного вперед, чтобы быть ближе к мужу, Нарцисса проговорила это с завидной настойчивостью.
Малфой терпеливо выдохнул, поднимая голову, ответно глядя на жену с непроницаемым спокойствием:
— Нарцисса…
Но не успел Люциус более ничего сказать, как в дверь немного нервно постучали и приоткрыли: из-за нее выглянул испуганный до смерти Добби.
— Прошу меня простить, Хозяин, но Лорд прибыл… — хватаясь тонкими пальцами за край двери, эльф мелко задрожал, желая слиться с полом.
Добби в учтивом поклоне торопливо исчез и этим миновал удар дверью по своей дурной голове. Первым кабинет поспешно покинул Люциус, за ним Нарцисса. Оба шли вниз, чтобы почтительно встретить своего Господина, который крайне не любил ждать. Однако Волан-де-Морт оказался сегодня в приподнятом настроении в компании еще нескольких пожирателей.
— Поттер здесь? — он сразу перешёл к волнующему вопросу, стоило ему заметить раскланявшихся Малфоев. Лорд в предвкушении сжимал палочку.
Как раз в эту секунду во входную дверь без стука явился Снейп, склоняя голову перед Лордом и оглядывая присутствующих. Здесь собрались еще Алекто Керроу и Рудольфус Лестрейндж. Странно, что Беллатрисы не было видно.
— Приветствую, мой Лорд, Дамблдор знает о том, что происходит, — Северус унял свою торопливость, делая несколько шагов вперед.
— Прекрасно, мой дорогой друг, Альбус, вероятно, хочет знать о наших планах, что ж, для начала мне бы лично хотелось увидеть «героя», — тот многозначительно перевел взгляд обратно на подобравшегося Люциуса. — Где он?
— В камере подземелья, мы сделали все так, как вы хотели: Поттер не получал ничего, кроме воды, — кивнув, Малфой жестом указал, куда идти, чтобы последовать за своим Повелителем.
Все Пожиратели во главе с Волан-де-Мортом направились к дальним коридорам, ведущим к одному из спусков вниз. Двери были плотно заперты, но их не трудно было открыть заклинаниями. Изнутри пахнуло сыростью и прохладой, а еще — едва уловимым ароматом крови…
Стоило Лорду сделать несколько шагов вперед, как он больно резко остановился, махнув рукой, заставляя Пожирателей замереть. Воздух как будто был наэлектризован, пропитан самыми разными запахами, среди которых можно было ощутить и следы магии — целые всплески; непомерную силу; даже смерть, отсюда и ощущение, что здесь пахнет кровью. Все присутствующие заметно напряглись, особенно Малфои. Не мог же Поттер умереть, ведь это самый страшный исход, который только можно представить. Никто даже не догадывался, что могло произойти что-то намного хуже смерти Гарри…
Люциус взглянул в сторону той камеры, где должен был быть мальчишка, и быстрым шагом направился туда под пристальным взглядом Волан-де-Морта, который держал наготове волшебную палочку. Мужчина прошел разделяющие метры в считанные секунды, а когда остановился в паре шагов от камеры, у которой все прутья были разогнуты, причем явно не человеческой рукой, весь побледнел и нервно сглотнул. Теперь не только он, но и другие стали оборачиваться и замечать, что земля под ногами, стены и камни заляпаны пятнами крови: какие-то из них были засохшие, а какие-то совсем свежие, вот от них-то запах и шел, но выветриться еще не успел.
— Люди, я чую людей… — где-то рядом раздалось эхо, на звук которого стали оборачиваться абсолютно все, приготовив палочки. Следом послышалось довольное урчание, какое обычно издавал зверь, перед тем, как накинуться на жертву; болезненный хруст костей, которые острые и твердые, как гранит, зубы разламывали в осколки, пережевывая; и медленная поступь, от которой кровь стынет в жилах.
Малфой медленно обернулся, едва успев приметить позади силуэт, выходящего из темноты.
— Сзади! — крикнул он, вытаскивая из трости палочку.
