Вся моя злость и ярость подошла к самому горлу и выплеснулась с удвоенной силой. С диким ревом я сбросила с себя Питера, а потом вскочила на ноги, сделала захват и кинула его, что есть сил. Парень пролетел добрых пять метров, переломав спиной дерево. Я с трудом переводила дыхание.
- Молодец, Клаудия, уже лучше, продолжай в том же духе, - одобрительно сказала Талия.
Питер, кряхтя, потирал ушибленное место. Подойдя ко мне, стал снова подкалывать:
- Я вижу, тебя это заводит, детка. Я могу еще многое рассказать о своих любовных похождениях. Продолжим? – спросил он.
- Урок окончен, козел! - буркнула я и побрела к дому, скрепя зубами.
Питер попытался, пойти за Клаудией, но его окликнула Талия.
- Братишка, зачем ты дразнишь эту невинную и неискушенную девушку? - строго спросила сестра.
- Ты сама видела сегодняшний прогресс. Она что-то испытывает ко мне, я чувствую. Ее ревность, ярость и злость помогут раскрыться зверю как нельзя лучше.
- Ты не должен кормить ее ложными надеждами, если ничего к ней не испытываешь.
- А если у меня к ней и в самом деле что-то есть?
- Тогда будь осторожен, не играй ее чувствами, не дави на нее, дай ей самой разобраться в себе и сделать правильный выбор. И вот еще что, поменяй тактику ведения боя. Мне и самой неприятно слышать, что ты поимел чуть ли не пол штата.
- Ладно, я подумаю над этим. Завтра все равно твоя очередь таскать Клаудию за уши.
- Нет. Дальнейшим обучением девушки займешься лично.
- Это почему же, сестричка?
- Потому, что у меня будет ребенок, - слегка смутившись, сказала Талия.
- Ай да Марк, ну и сукин же сын, - сказал Питер улыбаясь.
- Я передам ему твои поздравления, - сказала Талия, - а теперь иди.
***
«Нет, ну каков засранец, все подкалывает меня и подкалывает», - думала я, отбиваясь от ударов Питера.
После того дня когда я его опрокинула, мы стали тренироваться только вдвоем. Моя сестра в узком семейном кругу, сообщила о своей беременности, и я в тайне за нее порадовалась. Хотя теперь мне каждый урок приходилось терпеть эту занозу в заднице по имени Питер Хейл.
На протяжении следующих недель, во время спаррингов, он держал меня в таком боевом запале, что мне казалось, малейшая искра, и я взорвусь как пороховой склад. Темой его колкостей в мой адрес был теперь вовсе не душещипательный рассказ о его сексуальных похождениях, а я сама.
- Клаудия, ты стала такой неповоротливой. Похоже, набрала несколько лишних фунтов и скоро станешь такой же пышнотелой как Кристалл. От парней отбоя не будет. Уж поверь мне. Особенно от меня. Боже, что у тебя с лицом?! Оно же у тебя женское! А это что, прыщ? Фу-у, какой огромный, того и гляди, лопнет!
- Сволочь! Подонок! Говнюк! Я тебя ненавижу! - отвечала я на его словесные выпады, и с еще большим остервенением отражала силовые.
Результаты были действительно существенными, Питер все чаще оказывался на заднице.
- Не правда! Я тебе нравлюсь! - говорил он, все еще валяясь на земле.
- Не льсти себе, ты в зеркало давно смотрел? - спросила я, обретая свой человеческий облик.
Я подошла к нему и протянула руку, пытаясь помочь встать. Странный жест с моей стороны. Но Питер, вместо того, чтобы встать, схватил мою руку и потянул на себя. Я со всего маха шлепнулась ему на грудь.
- Так значит я толстая, неповоротливая и прыщавая? - стала я кричать, колотя его по груди. Питер схватил мои руки и быстро чмокнул в губы.
- Иди лизаться со своей треклятой Кристалл! - кричала я, пытаясь вырваться.
- Дуреха, да у меня с самого приезда сюда, никого не было, правда, - смеясь и пытаясь меня удержать, отвечал парень.
Питер перевернулся, и теперь я оказалась под ним. Взглянув ему в глаза и услышав, как ровно бьется его сердце, я поверила. Я притянула его голову, и мы поцеловались. Поцелуй был глубоким, чувственным, продолжительным. Мне не хотелось разрывать объятий, но нас позвали в дом.
- Пойдем, - сказал Питер, помогая мне встать. – Завтра полнолуние, и тебе надо подготовиться.
После ужина я попросила у Талии что-нибудь почитать перед сном, чтобы отвлечься от мыслей о поцелуе.
- О, дорогая, у Питера в комнате целая библиотека, сходи, попроси у него что-нибудь. Читать как-то расхотелось, но проходя мимо его комнаты, я не удержалась и заглянула внутрь.
Дверь в комнату Питера была открыта, я нерешительно постучала об косяк и вошла. Комната была пуста. Подойдя к книжной полке, стала просматривать корешки.
- Тебе что-то нужно? - спросил подошедший Питер. Он только что принял душ, тело было в капельках влаги, которые скатываясь, впитывались в полотенце на его бедрах.
Проглотив вздох, и отведя взор от этого зрелища, я пролепетала:
- Хотела почитать. Что посоветуешь?
- Возьми вот эту, одна из моих любимых, - сказал Питер, достав с полки книгу и протягивая мне.
- «Белый Клык», ты серьезно?
- Вполне, тебе понравится.
- Эм, спасибо, я, пожалуй, пойду, - сказала я, взяв книгу.
- Это все? Ты уверена? - многозначительно спросил он.
Я молча кивнула ему.
- Тогда, спокойной ночи, - сказал Питер и целомудренно поцеловал меня в лоб.
