В вагон я зашла под пристальные взгляды «спустившихся с гор» (привет, Кавказ!). Вот они какие, люди подземелья. Чтобы избежать многочисленных контактов, осторожно примостилась на краешек сиденья. Не тут-то было. Рядом развалился мужчинка из маргинальных слоев, раздвинув свои ноги до сверхчеловеческого радиуса. Не знала, что теперь так модно. Я, конечно, понимаю, что определенные физиологические особенности мужчин требуют некоего пространства, но это не значит, что я согласна терпеть чужие упирающиеся коленки у себя в бедре. Окружающих пассажиров тоже с натяжкой можно было назвать дружелюбными. Зря я вырядилась в пестрящего всеми цветами радуги Cavalli, потому что в обстановку я явно не вписывалась и резко выделялась на фоне мирных жителей, как павлин среди стада коров. Коровы, не скрывая любопытства, как по команде хором разглядывали каждую деталь моего гардероба. Парень напротив в военной форме, делая вид, что отправляет смску, даже нацелил зрачок встроенной камеры и сфотографировал…
На середине моих интеллектуальных размышлений поезд вдруг резко остановился, не доехав до станции. Люди затихли и заскучали, уткнувшись в самое разнообразное чтиво от информативной газеты «Жизнь» до научных трудов «Как заарканить миллионера». Машинисту, видимо, в кабине тоже было не весело. И он не поленился прокомментировать ситуацию.
Из динамиков послышалось: «Встали».
Да уж, это и так заметно.
Одной фразой он не ограничился: «Для любителей стоять на краю платформы сообщаю. На следующей станции зеркалом заднего вида сбило человека, и теперь его не могут найти».
Чудненько! Просто не день, а одно сплошное приключение!
Тут свет в салоне погас, и стало темно и тихо. Прошло минут пятнадцать, прежде чем машинист вновь одарил нас своим общением: «Как свет включится, так и поедем…»
Не знаю, есть ли в этом некая взаимосвязь.
Но свет не включался. Женщины нервно перебирали ногами, молодежь веселилась от необычности ситуации быть запертыми в закрытом помещении с толпой людей и шутником-машинистом, а мне было все равно.
Тут парни, взгрустнув, решили воспользоваться возможностью двусторонней связи благодаря нахождению в первом вагоне и закричали: «Ну скажите еще что-нибудь, а то нам тут совсем скучно!»
Машинист не растерялся: «Да вас там полный вагон, вот друг с другом и поговорите!»
Такое возможно только в России. На волне навязанного объединения у меня даже появилось чувство одной большой семьи, растянутой на необъятные границы родины. Такая любовь к окружающим меня давно не накрывала. Вероятно, метро могло бы быть хорошим способом распространения патриотизма… Или это побочный эффект клаустрофобии…
После бесконечных переходов по скользящей поверхности, перевыполнив дневную кардионагрузку раз в шестнадцать, я все-таки добралась до нужной станции. Яна уже ждала меня там с каким-то странноватым типом под пятьдесят, по-отцовски обнимающим ее за плечи. Рядом с этим звонком из преисподней миниатюрная и низенькая Яна смотрелась школьницей, идущей на утренник.
Мы вышли на улицу и прогулялись до Vogue cafе. Вадим (наш неожиданный спутник) чувствовал себя очень авторитетно и покровительственным тоном ораторствовал на тему московских пробок. Он так серьезно разглагольствовал и так нравился себе, что лишить его этого удовольствия было бы свинством. Моим заданием сегодня было молчать и улыбаться до выяснения обстоятельств, чем я с успехом и занималась.
Вадим наконец доел свой обед, оставил «нам девочкам» деньги и скрылся, пожелав хорошо провести время.
— Ян, что вообще все это было???
— Слушай, это такая долгая история… не поверишь… короче, муж мой потенциальный. Думает, что мне двадцать два (хотя этот возраст ей в основном давали все), любит и души во мне не чает…
— И…
— И если бы ты приехала на своей мегатачке вся такая деловая, он бы понял, что никакая ты не девочка-студентка… А он видел наши общие школьные фотографии…
— Отлично… А сам-то он на машину не накопил? Все на метро тебя катает?
— Да, он у меня такой романтик… Хотел показать мне свои любимые станции, они правда очень красивые…
— Поэтому, видимо, у тебя был такой радостный голос по телефону?
— И не говори… Не могла же я его разочаровать. Вот и улыбалась как дура, делала вид самой счастливой девушки на свете в надежде побыстрее оказаться в наземной цивилизации…
Янка, как всегда, нашла на свою голову очередные приключения. Мужика этого встретила на презентации первого альбома своей группы. Она сидела за барной стойкой, медленно потягивая сигарету, а он в это время дефилировал перед ней со своим другом, призывно махая рукой. Так и познакомились. Он повелся на ее молодость и невинность, она — на его положение: Вадим оказался не простым дядечкой, а известнейшим нейрохирургом России и имел солидное «приданое» к своим сорока годам и образовавшемуся животику впереди.
— Не представляешь, что мне пришлось делать, чтобы он предложил мне жить вместе.
Она была настроена рассказать мне самые устрашающие детали.