— Взяли ее люди Кризанпа, министра внутренних дел, которые, оказывается, давно и достаточно незаметно следили не только за ней, но и за мной, за Лигонтом и за Гравельтом. Фарагон не мог нас, по его словам, предупредить, потому что его человек, внедренный к Кризанпу, сообщил ему об этом слишком поздно.
— Накануне был арестован Гравельт, который во всем признался и всех выдал.
— Кризанпа и его спецслужбу очень заинтересовала возня вокруг принца Лигонта (которую мы устроили), странная семейная пара (Наташа и я) в свите Гравельта, наши наивные попытки что-либо разведать. Другими словами, мы все были плотно «под колпаком» как самые настоящие дилетанты.
Фарагон не советовал предпринимать мне меры по освобождению Наташи, пока мы совместно не примем наилучшее решение.
Я выслушал совет и решил не подавать виду, как подобные советы мне неприятны. Тарг «утешил» меня, сказав:
— Ну что ты или даже мы со всеми нашими сторонниками можем сделать! Комплекс зданий министерства внутренних дел — это цитадель, которую не по силам взять штурмом даже корпусу космодесантников! Так что жди, Фарагон что-нибудь придумает! Кстати, «Тинкль» я забираю!
— Тарг! Так нельзя! Фарагон, конечно, мудрый человек и опытный политик, но в данном случае все не так, все по — другому! Если мы сейчас, даже немедленно не придем ей на помощь, для нее все может закончиться очень печально… Ее могут подвергнуть пыткам, в конце концов! Я же знаю, тебе она тоже нравится! Тарг! Дай мне «Тинкль»! Я знаю, как ее выручить!
— Я не могу тебе дать «Тинкль», не могу! Если честно — мне это категорически запрещено! Я еще не король, чтобы принимать решения единолично! Да и стану ли? Фарагон и другие друзья отца-короля и так мне сделали внушение за то, что я тебе, чужаку, один раз уже давал «Тинкль». А этот прибор — важный государственный секрет и может решить исход борьбы за власть… Хорошо еще, что ты Наташе его не отдал, когда она пошла потрошить сейф регента! Представляешь, что получилось бы, если бы не только Наташа, но и «Тинкль» попали бы к Кризанпу!
— Ты же говорил, что у ваших врагов уже есть такой прибор? — перебил я Тарга.
— Мы можем и должны были это предполагать! За мной на Земле была слежка…
Мне стало как-то нехорошо от подозрения, что нас с Наташей обманывал и использовал в своих целях вот этот с виду прямой и открытый парень, пусть даже и принц… Но я решил пока отогнать это подозрение: сейчас не до этого — надо Наташу выручать!
В бесплодных попытках что-то придумать или уговорит Тарга прошло несколько часов. Тарг куда-то уходил, снова приходил, искал какие-то документы, что- то выискивал в сети… В конце концов он предложил такое, что я снова стал считать его благородным человеком:
— Ну, хорошо! «Тинкль» дать тебе в руки не имею права, но я могу с его помощью отправиться вместе с тобой на Нерею, если ты мне расскажешь и докажешь, что сможешь реально ей помочь!
Я с облегчением ответил:
— Да, я расскажу и докажу…
Вскоре мы с Таргом уже находились на Нерее, «в гостях» у старого, вышедшего на пенсию, директора лицея, где Тарг учился до поступления в космодесантное училище. Тарга он встретил как родного, только спросил:
— Ты же не делал того, за что тебя разыскивают?
— Нет, господин Пенборн, это клевета! Я попал в политические разборки и моим врагам надо было меня устранить любыми путями.
— Я тебе верю, потому что знаю тебя хорошо и ты не мог так поступить с бедными девушками… А кто этот молодой человек?
— Это мой друг и соратник! Его зовут Алекс. Запомните это имя: скорее всего, Вы не раз его еще услышите!
Я, смутившись, ткнул легонько Тарга кулаком в бок и сказал, что Тарг очень сильно преувеличивает.
Старенький господин Пенборн проводил нас в наши комнаты, попытался пригласить нас к столу, но мы сказали, что не голодны и отказались, сославшись к тому же на неотложные дела. Он с пониманием кивнул и больше нас не беспокоил.
Сразу после его ухода я извлек свой запас пермерона (создал его после событий, связанных с «экзаменом» и допросом, знал, что он пригодится) и попросил Тарга ввести мне препарат. Он отказался в испуге:
— Ты что? Зачем тебе вводить пермерон? Я тебя допрашивать не хочу! И вообще, не только боюсь, когда мне делают уколы, но и делать другим боюсь тоже!
Тогда пришлось признаться в особом действии на меня этого препарата и о моих необычных возможностях. Поверил он или не поверил, я не знаю, но сделать укол все равно отказался.
Тогда я сам себе ввел двойную дозу (кто знает, сколько времени мне может понадобиться!). Вскоре моя «духовная сущность» уже парила над моим же распростертым и недвижимым телом. Было немного страшно и почему- то весело.
