Ночь на дворе. Ветер резкий, порывистый, пробивающий до самых костей. Он разносил искры, пытался задуть огонь, не догадываясь, что этим делает пламя сильнее.
Несмотря на жар, наша компания мерзла и проклинала наставника, пока Сергиус не заставил повторить один из комплексов. После этого сразу теплее стало. Но не спокойнее. С каждой минутой я понимал, что всё больше шансов, что сейчас появится какая-то злобная, темная тварь.
— Наставник, — обратился я к Сергиусу, который и являлся виновником нахождения детей в опасном месте, — А что нам делать?
— Стоять у костра. Никуда не отбегать. Не мешать, — отчеканил он слова.
Когда представляешь, как бравый воин выходит на битву, то ждёшь каких-то приготовлений. Что он достанет оружие, что ловушек наделает. Хоть что-то, чтобы выразить серьезность своих намерений.
Ничего подобного не было. Та же одежда, то же выражение лица.
— Чему мы должны научиться? — сидеть ночью у костра банально скучно. Видимо, не мне одному, потому что Сергиус ответил.
— Увидите темных тварей. Испытаете свой дух. Увидите, что я умею.
Товар лицом показать хочет. Это понятно.
— Может тогда расскажете, чем опасны другие ночи, раз всё равно ждём?
Костер затрещал. Искры разлетелись особо далеко, но быстро угасли. Сергиус, казалось, никуда не вглядывался. Не беспокоился о том, что на нас внезапно нападут. Почему-то мне кажется это обманчивым впечатлением.
— Всего в наших краях известно семь ночей. Три степени угрозы. Те, кто умеет читать, хорошо знает названия.
Кая бросила на меня выразительный взгляд, который я интерпретировал, как: заткнись и не перебивай его новыми вопросами. А мне, между прочим, хотелось спросить про другие края.
— Твердая ночь — самая простая и частая. В неё приходят обычные хищники. Почти обычные… Тверже шкура, свирепее нрав, кое-какие способности…
Сергиус оскалился, когда увидел мой взгляд. Догадался, что именно я хочу спросить.
— Способности такие, что позволяют выслеживать людские поселения и нападать на них. Зачем они это делают? Мы им не нравимся.
Это он так шутит, что ли?
— Темная ночь пугает темными тварями. Они другие. Если нам не повезет, то сегодня увидите, какие.
— Тварь может не прийти? — вклинился я с вопросом.
— Конечно, — улыбнулся мужчина, — Твари иногда выходят из-за границы. Где они это сделают, куда пойдут, кого встретят — никто не предскажет заранее.
— Понял. А что по остальным ночам? Насколько они редки?
— Их порядок на столбе не просто так выстроен. Чем выше отметка, тем реже ночь. Некоторые и вовсе, на моей памяти не случались. В пустую ночь приходят твари, не имеющие тела. Духи, призраки, слуги, поводыри…
Я бы с удовольствием послушал про каждую тварь, чтобы узнать больше про опасности мира, но Сергиус замолчал. Приподнял голову и уставился куда-то в темноту.
Когда так смотрят, то понимаешь — именно с той стороны идут проблемы. Темная тварь всё же решила почтить нас своим присутствием.
Каким-то образом Сергиус определил появление врага за несколько минут до того, как мы его увидели. Сначала мужчина внимательно посмотрел в ночь, потом встал, потянулся и встряхнулся. Поднял копье и мазнул им по огню, дал накалиться лезвию.
— Сидеть здесь. Никуда не бежать. Смотреть внимательно. Не кричать и не мешать. — повторил он.
Так и чесалось спросить, куда именно смотреть, но… Я и сам увидел. Дал о себе знать дар видеть сокрытое. Где-то там, пока что ещё вдали, ночь обрела оттенок темнее, чем где-либо ещё.
— Всего одна тварь, это хорошо. — прошептал мужчина, — Будьте готовы ко всему.
Давно заметил, что наставник обладает редкостной педагогической жилкой. Давать приказы, которые противоречивы сами по себе, это его конёк. Как необученные дети, сталкиваясь с угрозой впервые, могут быть готовы ко всему? Разве что он имел в виду смерть.
Но что-то я не хочу быть готовым к ней. Лучше буду готовиться к жизни. Длинной, насыщенной и плодотворной.
Внезапно темнота начала смещаться. Я следил за ней в оба глаза, не забывая поглядывать и по сторонам. В какой-то момент заметил, как это уплотнение чего-то нехорошего резко двинулось вправо, прошло шагов тридцать, замерло и двинулось влево.
Похоже на зверя, который кружит, выбирая, с какой стороны лучше броситься на добычу.
Сергиус двинулся этому феномену навстречу и, я не поверил своим глазам, постепенно растворился в ночи. Через пять шагов его фигура едва различалась, а через десяток он и вовсе исчез. Мой дар не работает мгновенно. Особенно с теми вещами, с которыми я сталкиваюсь впервые. Да и меня больше волновала чернота, к нам приближающаяся, чем наставник в тот момент. Я подозревал, что он обладаем маскирующим таинством. А раз так, то надо правильно расставлять приоритеты. Наставника я каждый день вижу, а темные твари редки, всего раз в год заглядывают.
— Смотрите, — как бы внимательно я не вглядывался, первой появление монстра заметила Кая.
