– Вот и разбирайтесь с вашими подчиненными! – с неожиданной смелостью заявила я. – Вы и ваши люди год назад позволили уйти Терезе от ответственности! И не стоит сейчас свою вину пытаться свалить на меня или кого-нибудь еще. Почему вы не задались этими вопросами при первом расследовании?
Выпалила на одном дыхании – и сама обмерла от собственной дерзости.
Ох, Тесса, не забывай, что перед тобой один из самых могущественных людей в Трибаде! Представить страшно, что он со мной при желании может сделать.
В тесной комнатенке после моего гневного восклицания воцарилось молчание. Недолгое, впрочем. Спустя пару секунд Ингмар вдруг негромко рассмеялся.
– Верно говорят, что кровь не водица, – негромко, словно беседуя сам с собой, произнес он. – Госпожа Аддамс, в вас виден тот же огонь, что и в вашей тете.
– Говоря откровенно, очень сомнительный комплимент, – буркнула я. – Учитывая, чем занималась Тереза в свободное от работы время.
– Ну, между прочим, как верховная ведьма Тереза Гремгольд и впрямь была неплохой. – Ингмар пожал плечами. – Стоит отдать ей должное: при ней Грег стал одной из самых процветающих провинций Трибада. Финансовыми потоками она распоряжалась на редкость умело…
– А еще по мере сил и возможностей боролась с бродягами и прочими асоциальными личностями, – не выдержав, язвительно перебила я Ингмара, неприятно покоробленная его словами.
Ишь как заговорил. Сейчас еще окажется, что Тереза не преступницей была, а невинной овечкой, жизнь положившей во благо всех ведьм если не мира, то нашей страны точно.
Ингмар улыбнулся, вот только глаза его оставались серьезными и очень цепкими.
– Госпожа Аддамс, все присутствующие в этой комнате знают, какой была Тереза Гремгольд на самом деле и сколько грехов на ее душе, – проговорил спокойно. – Однако поймите один очень простой факт: для всех прочих она настоящий пример для подражания. Вы ведь видели все те грамоты и награды, которые она получила. Более того скажу. Его величество очень благосклонно относился к Терезе Гремгольд. И не только из-за ее заслуг перед государством, но прежде всего потому, что женщиной она была эффектной и красивой.
Я мысленно присвистнула. Уж не намекает ли Ингмар на то, что Тереза была любовницей короля?
А впрочем, пожалуй, я даже не удивлюсь этому. В таком случае всем жителям Трибада очень повезло, что Тереза не стала новой королевой. Она бы могла с легкостью это провернуть. Подумаешь, что король давно женат. Люди смертны. А те несчастные, кто мешает на пути к власти, обычно вообще мрут как мухи. Но Тереза решила взойти на престол иным способом. Или не хотела делить власть с мужем, а скорее всего – побоялась использовать свои обычные методы. Дарес не Грег, хороших магов там на порядок больше, да и к ведьмам относятся по-прежнему настороженно.
– Собственно, поэтому его величество и был так категорически против возобновления расследования, – с негромким вздохом продолжил Ингмар. – Мы с Маркусом, по сути, действовали на свой страх и риск. И вот теперь попали в крайне затруднительное положение. Тереза Гремгольд, как я уже сказал, умело скрывала свои пороки. И у нас по-прежнему нет ни малейшего доказательства ее преступлений. Загадочное исчезновение верховной ведьмы Грега наверняка наделает много шума. – Ингмар вдруг замолчал. Устало потер подбородок и глухо добавил: – Да король с меня шкуру живьем спустит, если я в кратчайший срок не предоставлю ему объяснений того, что произошло с Терезой!
Я нервно заерзала на стуле. Понятия не имею, куда клонит Ингмар, но мне это заранее не нравится.
– И вы вздумали обвинить во всем меня? – поинтересовалась зло. – Прекрасный выбор, господин Вейн! Я и без того в розыске за преступления, которые не совершала.
– А еще ваша метка стерта, – холодно добавил Ингмар. – Стало быть, вы не сумеете доказать, что не использовали смертельных чар против Терезы Гремгольд.
Так он это всерьез, что ли? И я быстро-быстро заморгала, умоляюще уставившись на Маркуса.
А он-то что помалкивает? Неужели одобряет решение Ингмара? Вот ведь гад! Сам меня в этот Грег притащил. Я до последнего отказывалась, поскольку понимала, что ничем хорошим это для меня не закончится.
Маркус поймал мой взгляд. На его лице не дрогнул ни один мускул, только нижнее веко правого глаза мелко задергалось, и я разочарованно вздохнула.
Все ясно. Маркус мне точно не помощник.
– И даже данные от грегской магической системы оповещения не будут иметь особого значения для суда, – жестко завершил Ингмар. – Потому что, как я уже сказал раньше, она наверняка дискредитирована.
Я почувствовала, как мои губы задрожали от несправедливой обиды. Все вокруг расплывалось от непрошеных слез. Хотелось разрыдаться громко, от души.
Ну почему я такая невезучая? Что эти проклятые инквизиторы ко мне привязались? Сами год назад оплошали, а теперь пытаются меня крайней выставить.
– Ингмар, – почти не разжимая губ, укоризненно обронил Маркус. Вытащил из кармана камзола тонкий батистовый платок и протянул его мне.
