– На фоне всего вышесказанного ваши проблемы с годичным игнорированием правил ведьмнадзора уже не кажутся такими серьезными, правда? – полюбопытствовал он с иронией. – Я уверен, что стараниями вашего жениха вы попадете в тюрьму на очень долгий срок. Личность он крайне целеустремленная и злопамятная. И это будет очень обидно, потому что в действительности вы ни в чем не виноваты.
Я уже начала догадываться, куда клонит Ингмар. Но молчала, с такой силой стиснув кулаки, что ногти до боли впились в кожу.
– Я не Маркус, – все так же медоточиво и ласково продолжил Ингмар. – Я не собираюсь уговаривать вас отдать гримуар. Я поставлю вопрос иначе. Или вы подписываете договор сейчас, или из этого кабинета мы порталом отправляемся прямиком в здание городской полиции Дареса, где вам будут предъявлены многочисленные обвинения. К слову, мне придется надеть на вас магические наручники, поэтому колдовать вы не сможете. А еще не сможете общаться с хранителем гримуара, потому как связь между вами будет заблокирована. Наручники с вас не снимут до самого суда. А после приговора, который, я уверен, будет не в вашу пользу, вы отправитесь в тюрьму надзора. Полагаю, вы в курсе, что его стены блокируют любое проявление колдовской активности.
Я не выдержала и с полувсхлипом-полустоном втянула в себя воздух. Вжалась в спинку кресла.
Надо признать очевидный факт: с Маркусом иметь дело намного приятнее, чем с Ингмаром. Последний за все время нашего разговора и не думал повышать голос, а меня уже кинуло в крупную нервную дрожь. Я прекрасно понимала, что он не угрожает мне. Просто предупреждает о последствиях неверно принятого решения.
– А что насчет Терезы? – глухо спросила я. – Если вы прямо отсюда и прямо сейчас отправите меня в тюрьму, то она вновь затаится на долгое время.
– Невелика беда. – Ингмар пожал плечами. – Рано или поздно она выдаст себя. Люди, хоть раз вкусившие сладость запретного, не могут остановиться. Им нужно все больше и больше. Тереза терпела год. В настоящий момент она уже на пределе.
– Другими словами, мой арест для вас значит больше, чем арест верховной ведьмы? – Я горько хмыкнула. – И при этом вы знаете, что я, в отличие от Терезы, не совершила вообще ничего дурного!
– Жизнь очень несправедливая штука, госпожа Аддамс. – Ингмар с притворным сочувствием развел руками. – Вам грозит не меньше десяти лет за то, чего вы не делали. Вы выйдете из тюрьмы уже не такой юной и прелестной. Хотя сильно сомневаюсь, что выйдете вообще. Магическому надзору нужен гримуар. Или он будет в хранилище, или с вами в тюрьме, где вы не сумеете им воспользоваться при всем своем горячем желании. Это, по сути, полностью нас устраивает. В любом случае гримуар никогда больше не попадет в руки другой ведьмы.
Я сгорбилась и приложила пальцы к вискам. От жестоких слов Ингмара, произнесенных так демонстративно спокойно, даже более того – с легкой ноткой сочувствия, голова разболелась пуще прежнего. Руководитель магического надзора только что ясно дал мне понять, что или я соглашаюсь играть по его правилам, или никогда больше не увижу свободы.
– Сволочи! – Мор жалобно вздохнул мне на ухо, явно готовый разрыдаться в голос. – Гады! Мерзавцы! Негодяи!
– Что же, кнут я вам обозначил, поговорим о пряниках, – спустя минуту продолжил Ингмар. – Не буду скрывать, мы все-таки хотим обезвредить Терезу как можно скорее. Она сильная ведьма и может быть непредсказуемой, что таит в себе огромную опасность. Поэтому давайте не усложнять друг другу жизнь. Вы помогаете нам. Мы помогаем вам. Если вы согласитесь с моими условиями, то обещаю, что Брион Ашбай немедленно отзовет все свои обвинения. Ваше доброе имя будет восстановлено. Более того, вы получите значительную денежную компенсацию. Так сказать, награду за проявленное благоразумие и оказанную помощь. И сумма этой компенсации вас приятно удивит. Магический надзор умеет быть щедрым.
После чего замолчал, выжидающе глядя на меня сверху вниз.
Я подняла с коленей листок. Пальцы так сильно дрожали, что он мелко трясся в моих руках.
Что же делать?
Конечно, самым правильным было бы немедленно подписать соглашение. С магическим надзором я не смогу тягаться, это совершенно точно. Подумаешь, отдам я гримуар. Зачем он мне? Я и сама не так давно предлагала Маркусу забрать его.
Но сейчас это казалось мне настоящим предательством. Мне было до слез жалко Мора. Как представлю, что он будет обречен вечность томиться в пыльном хранилище, не имея возможности ни с кем поговорить, так плакать хочется. Но главное, я ненавидела, когда меня вынуждали что-то сделать против воли. Как, наверное, и любая ведьма. Так и хотелось порвать договор в мелкие клочки и кинуть их в Ингмара. Словом, сделать хоть что-нибудь, лишь бы стереть эту раздражающе понимающую улыбку с его лица. А потом залепить хлесткую оплеуху Маркусу. Просто за то, что он стоял и спокойно слушал все эти угрозы. Да, он не любит меня, это я прекрасно понимаю. Но почему-то мне казалось, что он неплохо ко мне относится.
