У Стефани была назначена встреча с помощником окружного прокурора, а потому она вместе с Хамадой прошла к нему в офис. Санторо отправился в тюрьму и спросил офицера, который дежурил в приемной и вел журнал посещений, кто навещал Барри Лестера во время заключения. Артур Джеферсон побывал у него несколько раз. Большинство этих визитов, что неудивительно, приходились на последние несколько дней. Единственным другим посетителем Лестера была женщина по имени Тиффани Стар. Само имя звучало как-то ненатурально, так могла назваться стиптизерша или мошенница. А это, в свою очередь, означало, что у мисс Стар могли быть приводы в полицию и даже судимость.
Вернувшись в офис, Санторо набрал на компьютере «Тиффани Стар» и обнаружил, что эта дамочка сидела по обвинению в распространении наркотиков и вышла по УДО. Комиссия по условно-досрочному освобождению располагалась этажом ниже. Полчаса спустя Санторо вернулся к себе в кабинет с распечаткой материалов по Тиффани Стар. Читать историю еще одной никчемной жизни было тяжело и противно.
Настоящее имя Тиффани было Шарон, дочь Девона и Миранды Росс. Семья вполне обеспеченная, Миранда посещала частную школу, где училась довольно посредственно. Первый раз она угодила в полицию еще подростком, когда сбежала из дома. Затем последовали мелкие магазинные кражи. Автор служебной записки подозревал, что Шарон начала баловаться кокаином еще в восьмом классе и воровала, чтобы купить наркотик.
Учась на втором курсе высшей школы, Росс провела два месяца в наркологической клинике, но от пагубной привычки не избавилась, и ее оставили на второй год. Тогда она бросила школу и выскочила замуж за Фредерика Кранца, автомеханика, который в свободное время играл на ударных в рок-группе, выступавшей в одном из клубов. Шарон зачастила туда. Затем молодые сбежали в Орегон, где их брак распался. Шарон вернулась в Вирджинию, подделала аттестат и получила работу бухгалтера. Вскоре ее уволили за кражу денег.
Шарон получила условно-досрочное при условии, что пройдет курс реабилитации в наркологической клинике. Когда она нарушила условия освобождения, судья отправил ее в тюрьму в надежде, что это ненавистное заведение поможет ей исправиться, наставит на путь истинный. Однако в тюрьме Шарон пристрастилась к героину. Отсидев полный срок, Шарон Кранц взяла имя Тиффани Стар и принялась танцевать в разных стрипклубах. Там она и познакомилась с Барри Лестером.
Санторо уже хотел было отложить эти материалы, но что-то его остановило. Возникло ощущение, что он прочел нечто важное, а вот что именно – пока не понимал. Он снова принялся изучать доклад по досрочному освобождению с самого начала, и вскоре нашел то, что пропустил. Отцом Шарон был Девон Росс, а брата ее звали Кайл Росс. В понедельник, когда исчезла Кэрри Блэр, все бурно обсуждали процесс «Содружество против Кайла Росса». Санторо пытался вспомнить почему. Вроде бы речь шла об улике, которая таинственным образом исчезла. А потом пропала Кэрри, и дело было забыто.
Санторо позвонил в подразделение по борьбе с наркотиками, и узнал, что обвинителем в том процессе была Мэри Магуайр. Ее секретарша сообщила детективу, что Магуайр в данный момент занята в предварительных слушаниях по новому процессу и находится в здании суда на втором этаже.
Санторо зашел в зал заседаний, где работала Магуайр, и уселся в заднем ряду. Заседание закончилось, Мэри принялась собирать бумаги и складывать в кейс; тут к ней и подошел Санторо.
– Этот судья Стайлз – тяжелый случай. Думаю, вы справились с ним просто прекрасно.
– Вы кто такой? – спросила Магуайр, не скрывая своего нетерпения.
Санторо показал ей удостоверение личности.
– Я детектив из отдела убийств.
– Убийств? И чем же я могу помочь?
– Хотел спросить вас об одном деле, которое вы вели. «Содружество против Росса».
Магуайр сердито покраснела.
– Спасибо, что испортили день.
– Прошу прощенья, не понял?
– Я надеялась забыть об этом деле раз и навсегда.
– Это почему же?
– Да потому, что меня выставили тогда полной идиоткой. Ничего подобного прежде не испытывала.
– Что именно произошло?
Магуайр рассказала Санторо о кокаине, чудесным образом превратившемся в пищевую соду.
– И Чарльз Бенедикт выступал там адвокатом?
– Думаю, это он подменил кокаин, а Кэрри уверяла, что знает, каким именно образом.
– Кэрри Блэр?
– Ну да, она была моим руководителем. И судья вызывал ее к себе, когда решался вопрос о закрытии дела. Кэрри была просто в ярости. Говорила, что мне не в чем себя винить. Потому что она знает, как это произошло.
– И как же это произошло?
– Она мне так и не сказала.
– Но подозревала Бенедикта?
– Не припоминаю, чтобы она говорила это прямо. Но уверена, Кэрри была убеждена, что за всем этим стоял Бенедикт.
– Расследование проводилось?
– Нет. Кэрри собиралась провести расследование. Но потом… Ну, вы знаете.
– Да.
– А почему это вас вдруг заинтересовало дело Росса?
– Просто всплыло упоминание о нем в материалах, над которыми я сейчас работаю.
– И тут не обошлось без Бенедикта?
– Извините, но пока не буду знать наверняка, не скажу.
– Поняла. Лично я желаю этому ублюдку только самого худшего.
