Винсент Крэбб был высокий, тёмноволосый обходительный мужчина с широкими плечами и мягкими манерами — это Гермиона поняла, очень быстро. Когда его жена и Драко начали разговаривать о лошадях, он стал расспрашивать Грейнджер о Лондоне, и она с удовольствием отвечала вопросы, расслабившись в его приятном обществе. Когда ей предложили выпить, она согласилась и лихо проглотила коктейль, а потом ещё один, очень скоро она поняла, что совсем не умеет пить. Гермиона делала это, только чтобы отгородиться от пристальных взглядов Малфоя, которые он то и дело бросал на неё.
Драко предложил всем вместе поужинать, и им быстро накрыли столик на четверых. Их обслуживал сам Дин Томас, и по разговорам было понятно, что он хорошо знал Пенси и Винсента.
— Драко говорит, что вы пишите книгу, Гермиона, — сказала миссис Крэбб, и Грейнджер пришлось быть вежливой, хотя ей всё равно не нравилась эта женщина.
— Да, пишу, — подтвердила она. — Но этого всего лишь повесть для детей.
— Всего лишь, — воскликнула Пенси, она явно была под впечатлением. — Я с трудом справлюсь с бухгалтерскими счетами, — она искренне улыбнулась. — Я просто не представляю, как можно написать книгу.
— Гермиона работает в издательстве, — внушительно вставил Малфой. — Она привыкла работать с рукописями.
— Всё равно — это очень трудно, — возразила миссис Крэбб.
Пенси была подкупающее искренне и Гермионе всё труднее было противостоять её природному обаянию и открытости. Вообще по своей натуре, она всегда была доброжелательной, тем труднее ей было видеть осуждающее взгляды Драко. Она не сомневалась, что он не скоро простит её, и со страхом думала, как они поедут назад.
Поэтому Грейнджер выпила куда больше, чем обычно позволяла себе, а ей уже безразлично, что о ней подумает Малфой. Во всяком случае, она себя в этом убеждала. Гермиона была слегка навеселе, и когда она вышла из ресторана на прохладный ночной воздух, покачиваясь.
Крэббы раскланялись и пошли к своей машине. Драко взглянул не неё чужими глазами, в которых всё кричало об осуждении её поведения.
— Ты доедёшь? — спросил он сдержано терпеливо, и она почувствовала себя глупой девочкой. По-видимому, он решил, невзирая на её поведение, быть с ней до конца вежливым и вести себя так, будто ничего не произошло. Но после того, что она натворила, она бы предпочла, чтобы он на неё сердился, может быть, даже накричал.
Гермиона ничего не ответила ему и нетвёрдыми шагами направилась к стоянке, где они оставили «ягуар». Малфой посмотрел на неё равнодушным взглядом и открыл дверцу машины.
— Садись, — сказал он уже жёстче, и она с трудом забралась, подобрав юбку, на низкое сиденье. Потом она напряжённо ждала, когда он обойдёт машину и сядет рядом.
Когда они выехали из Пензанса, за ними ехал «рейндж-ровер» Крэббов, его фары освещали салон «ягуара», и Гермиона чувствовала себя, чуть ли ни как актриса в свете рампы. Похоже, именно незримое присутствие Крэббов сдерживала Драко от вспышки гнева, которую она всё время со страхом ждала. А может, Грейнджер и ошибалась, и Малфой решил, что она не достойна даже его презрения.
Гермионе ничего не оставалось как смотреть только на дорогу, она боялась повернуть голову и взглянуть на Драко. Поэтому смотрела на встречные машины, скоро от света фар, глаза её начали слипаться, пока не закрылись совсем. Она не знала, когда Пенси и Винсент перестали ехать за ними и вообще не помнила, как они вернулись в Забини Менор. Когда она открыла глаза, у машины был выключен мотор, а тишину вокруг нарушал лишь шум прибоя.
Грейнджер вздрогнула и поискала глазами Малфоя, в машине его не было. Её сразу охватила обида, что он вот так бросил её одну в машине на растерзание любому, незваному гостю, который придёт в Забини Менор. То, что среди ночи вряд ли кто-то сюда придёт, было не существенно для Гермионы. — «Он меня бросил, — подумала она с обидой. — Если бы в зажигании был оставлен ключ, я бы не раздумывая, уехала в Лондон».
Шмыгнув носом, она потянулась за сумкой, когда с её стороны открылась дверца. Удивлённая, Гермиона широко раскрыла глаза и посмотрела на Драко. Заметив выражение её лица, он опустил уголки губ.
— Проснулась, — просто сказал он. — Когда я уходил, ты спала мёртвым сном.
Грейнджер не сразу нашлась, что ответить, она разозлилась.
— Это оценка…. Или пожелание, — ядовито осведомилась она. — Наверное, так и было бы, если бы я не проснулась, то провела бы здесь всю ночь.
— Между прочим, я ходил отпирать двери, чтобы отнести тебя в твою комнату, — ледяным тоном произнёс Малфой. — Однако, раз ты в состоянии оплёвывать меня, то вполне можешь сама туда подняться.
Он быстро пошёл к освещённому крыльцу, и Гермиона, в который раз за вечер, почувствовала себя ужасно. Он должна была сразу понять, что он, вот так бы, никогда её одну не оставил. Это совсем на него не похоже, уж в том, что он может быть заботливым, она имела возможность убедиться и не раз.
