— Астория? — удивилась она. — А что она тебе ещё рассказала?
— Что ещё? — Нахмурился Малфой. — Астория мне ничего не рассказала. Ничего! Наверное, она решила, что если я буду думать, что у тебя астма, то я вряд ли стану тебя разыскивать, раз у тебя нет ничего серьёзного. Какое счастье, что я ей не поверил.
— Но… — не могла понять ничего Грейнджер. — Она сказала… что…
— Ну? — нетерпеливо спросил Драко. — Как же я не догадался, что она тебе позвонит?
— Она позвонила, — Гермиона облизнула пересохшие губы. — Астория сказала, что ты… ну что ты был потрясён, когда узнал, что я…
— Господи, вот сучка, — не сдержался Малфой. — Что она тебе ещё наговорила? Астория сказала, что не дала мне твой адрес. Что мне пришлось узнавать, где ты работаешь, у человека, который разрушил брак моего кузена?
— У Гарри? — изумилась Грейнджер. — Но как?
— Я ходил к нему, — спокойно ответил Драко. — Я надеялся, что он с тобой знаком, а оказалось, что Поттер твой родственник, и он знает о тебе не меньше, чем Гринграсс, — он сокрушённо вздохнул. — Знаешь, он славный. Я хотел его ненавидеть, но не смог. Он чем-то похож на тебя, во всяком случаи он очень приятный. Когда я рассказал ему, что сделала Астория, он очень о тебе волновался.
— Ты рассказал ему? — Гермиона широко распахнула глаза, а Малфой кивнул в знак согласия, не обнаружив ни малейшего раскаянья.
— А почему бы и нет? — пожал он плечами. — Астория была готова пожертвовать тобой без угрызений совести. Я рассказал Поттеру ещё кое-что, и он отнёсся к этому с неподдельным интересом.
— Ах, Драко — воскликнула она.
— Да перестань ты ахать и охать, — строго сказал он. — Эта женщина уже загубила одну жизнь и с готовностью погубит ещё две. Почему я должен её жалеть? И вообще, — он криво усмехнулся, — может, ты перестанешь её жалеть, если я тебе скажу, что Астория была не прочь, чтобы я занял место Блейза.
Гермиона чуть не задохнулась.
— Что ты имеешь в виду? — задала она глупый вопрос, прекрасно понимая это.
— А тебе ничего не приходит в голову? — вопросом на вопрос ответил Драко.
— Ты не сделал… — начала она, но была перебита.
— Нет, не сделал, — успокоил он её, наклонился и раскрыл её рот своими губами. — Какая сладкая ревность на вкус.
Грейнджер задрожала, но её руки были у него на поясе, когда его поцелуй перешёл из нежного в страстный.
— Вот, — хриплым голос произнёс Малфой, наконец, оторвавшись от её губ. — О чём я говорил? Ах, да, — он моргнул, стараясь сосредоточиться. — И так, я поговорил с Поттером и выведал у него очень многое. Он знал о твоей болезни с самого начала и рассказал мне, как ты ребёнком заболела ревматизмом, у тебя сузился клапан и перестал закрываться, как надо. — Драко прижал её к себе, словно близость его тела могла защитить её от болезни. — Поттер проявил большое сочувствие и если для тебя это важно — благословил нас.
— Драко, — Гермиона попыталась освободиться, но он не отпустил её. — Драко, это ничего не меняет.
— Нет, чёрт побери, меняет, — воскликнул он, а потом устало добавил: — Ну, ладно, дай мне договорить. Я ещё не всё сказал.
— Не всё? — удивилась Грейнджер.
— Да, не всё, — ответил Малфой. — Поттер сказал мне ещё одну вещь и, видимо, ты об это и не подозреваешь.
— О чём же я не подозреваю? — она в который раз попыталась освободиться.
— По-видимому, когда ты оправилась от ревматизма, твоя мать чрез чур тебя опекала, — вздохнула он. — Она не отпускала тебя от себя ни на шаг и не позволяла ничего, что могло навредить твоему здоровью.
— Да, так и было, — кивнула Гермиона. — Но что в этом плохого? Она хотела, как лучше.
— Да? — Драко усмехнулся. — А ты знаешь, что когда тебя было десять лет, с ней говорил врач, который лечил тебя, когда ты была совсем маленькой. По-видимому, к тому моменту хирургия сердца сделала скачок вперёд и достигла определённых успехов. Он, то есть врач, считал, что тебе можно сделать операцию и исправить клапан или, если есть такая необходимость, даже вставить искусственный.
— Нет! — воскликнула Грейнджер. — Я не верю, мама мне бы сказала.
— Совсем не обязательно, ведь тебе тогда было всего десять лет, — напомнил Малфой. — Твоя мама говорила с твоим лечащим врачом.
— С доктором Харвиндом? — спросила она.
— Да, с Харвиндом, — Драко помолчал. — Он был против операции, и твоя мать с готовностью с ним согласилась.
— Доктор Харвинд был против? — не могла поверить Гермиона.
– Да, — кивнул он. — Насколько я понял, доктор Харвинд не слишком верит в современные метода лечения. Так мне сказал Поттер, — объяснил Малфой. — Он вчера ходил к нему, а ещё он говорил с хирургом в больнице святого Оливера.
— Больница святого Оливера, — повторила Грейнджер. — Но ведь эта так больница, где…
— Где тебя лечили, когда ты была ребёнком, — закончил он за неё. — Я знаю, врач, который лечил тебя сейчас на пенсии, но Поттер говорил с врачом консультантом.
Гермиона была в полной растерянности.
— А зачем Гарри ходил в больницу? Зачем говорил с доктором Хавиндом? Ничего не понимаю.
