— Ты. Моя. Жена, — зло прошипел, подлетев. Голубые глаза от гнева стали почти синими, полыхая отблесками ночника в расширенных зрачках. Пальцы грубо сомкнулись на шее, заваливая ее на кровать.
— МОЯ ЖЕНА, слышишь? — Арн тяжело дышал, чувствуя животное возбуждение, разливающееся по венам.
Ари впилась тонкими пальцами в его руку, пытаясь отцепить от себя.
— Отпустиии, — сдавленно прохрипела.
Арн лишь глазами хищно сверкнул, склонился над ней, впиваясь в приоткрытые губы, грубо толкаясь языком внутрь. Не отвечает, замерла под ним, натянулась как струна. Конуг рыкнул недовольно и отстранился на секунду, заглянув в черные широко распахнутые глаза.
То, что он увидел в них, вызвало резкий приступ тошноты. Арна повело будто пьяного, он резко отпустил жену и отскочил от нее, словно обжегшись.
Страх. Ари его испугалась. Последнее чувство, которое бы он хотел вызвать у нее. Злость, возмущение, ярость, да даже ненависть- это все ерунда. Но страх….Он выжигает все, оставляя серую пустошь в душе, на которой больше никогда ничего не прорастет. Арн видел, что делает страх с людьми. Только не он. Не между ними.
Плотно сжал челюсти, скрежетнув зубами.
— Ариадна…я бы никогда… — Отвернулся, не в силах смотреть в ее растерянное лицо. Сжал и разжал кулаки.
— Не закрывайся больше…Бесишь, — буркнул себе под нос и вышел из спальни, хлопнув сломанной дверью.
Ари, хмуря брови, медленно села на кровати и проводила его недоуменным взглядом. Услышала, как он рухнул на кровать у себя, так и не дойдя до ванной.
Ну и что это было? Почему ушел? Даже обидно как-то. Он конечно перепугал ее слегка, когда дверь высаживал, еще и навалился как медведь, но… Честно говоря, она была не так уж и против. Хотела уж было окликнуть, но вовремя передумала. Она же вроде бы решила не уступать, верно? Тихо залезла под одеяло, косясь на покачивающуюся на одной петле дверцу и заснула с улыбкой на губах.
Арн резко открыл глаза. Вокруг еще было темно. Глубокая ночь. Тишину нарушало только тиканье настенных часов, почему-то порождая непрощенную тревогу. Он нахмурился, приподнимаясь на локте, привыкший верить своей интуиции. Насторожился, ловя каждый шорох. В комнате Ари что-то. Движение воздуха, легкие шаги? Не разобрать, далековато. Может вставала в туалет просто. Арн лег обратно, уставившись в потолок. Точно шаги. Хотел уже было позвать ее…
Надрывный крик, моментально перешедший в булькающий хрип, возня, все приглушено. Арн вскочил с кровати, больше не слыша ничего кроме гулких ударов собственного сердца. Сам не понял, как за секунду оказался уже у ее постели. Только все мышцы ломило от перенапряжения. Какая-то тонкая фигура в плаще склонилась над девушкой, в руках сверкала сталь с черными пятнами. Арн со всей силы одним ударом смахнул темный силуэт с жены как надоевшую муху. Человек отлетел, ударившись головой о чайный столик, и бесформенным мешком свалился на мягкий ковер. Капюшон слетел, открывая юное лицо. Арн моргнул раз-другой, не веря. Мика, мальчишка восьми лет! Быть не может. Голубые безжизненные глаза уставились на него. Такие чистые. Из пробитого виска струилась кровь.
Арн быстро отвернулся, схватив Ари в охапку. Успел, щенок. Прямо в горло между тонкими ключицами. Конуг зажал рукой страшную рану, чувствуя, как жизнь ее вытекает сквозь пальцы. И его вместе с ней.
— Ари, в академию! Перемещайся в академию, в лазарет! — не сказал, заорал на нее. Девушка только прохрипела что-то, дергая его за руку слабеющими пальцами. Точно, кольцо. Она же не может. Черт.
Стянул его рывком, чуть не сломав палец, швырнул куда-то в сторону.
— Ну же, ну… Я снял. Ты слышишь? — Похлопал ее по щекам. Бесполезно. Взгляд уже заволокло смертным туманом. Всегда такие яркие жгучие глаза тускнели, отпуская душу. Арн сжал хрупкое тело сильнее в бессмысленной попытке удержать. Он же сам может. САМ. Только как? Он не перемещался ни разу. Конуг судорожно пытался вспомнить, но в голове не было ничего, кроме паники.
Рэм вроде волосы использует. И надо сначала на Землю, потом только опять в Элию. Рванул клок черных волос. Она лишь чуть дернулась.
Зажмурился, вспоминая сад Родэнов на Земле. Место, куда Ари перенесла его в тот злосчастный день его несостоявшегося посвящения в мужчины. Вокруг все закружилось, утягивая в пустоту. Открыл глаза. Получилось. Деревья, бассейн, дом странный. Все почти, как он помнил. Зажмурился еще раз. Лазарет, быстрее бы.
Глаза резанул яркий свет. Прямо над ним, сидящим на полу с окровавленной девушкой на руках, нависал опешивший профессор Золда.
— Конуг, вы? Какого черта?
— Быстрее, — только и прохрипел тот в ответ, поднимая руку и показывая страшную рану на шее жены. Золда тут же понимающе кивнул, закричал на всю приемную, зовя на помощь, и склонился над девушкой, сверкая бордовыми нитями на руках.
