— Немедленно довести распоряжение командирам рот, заправить технику и, не теряя ни минуты, приступить к отработке на местности по действиям в засаде! Обязательно дайте возможность офицерам и солдатам отдохнуть!
— Есть, товарищ генерал! Разрешите идти? — ответил комбат.
Генерал Уставщиков и полковник Кандалин пожали руку командиру батальона и пожелали ему успеха, затем командир дивизии, глядя на начальника разведки, жёстко сказал:
— Вы тоже можете идти, но постоянно держите связь с комбатом и докладывайте начальнику штаба!
— Есть! — ответил подполковник Заяц и, вжав голову в плечи, вышел из кабинета.
На улице по-прежнему дул «афганец».
— Да-а-а…, — протяжным голосом сказал генерал. — Погода выдалась не очень. Как там в Суруби, Геннадий Иванович?
— Жарко, даже очень, — ответил начальник штаба.
Возвращаясь к себе, в ставший для него родным 781-й отдельный разведывательный батальон, Адам Аушев не обращал внимания на усиливающийся ветер, песчаную бурю, режущий глаза песок. Он думал о том, как лучше выполнить поставленную боевую задачу. Его мысли рисовали чертёж операции, в котором был караванный путь, горные кишлаки, днёвки и привалы, где отдыхали душманы. «Только бы все данные сошлись, и караван не прошёл раньше или, узнав информацию о засаде, не стал выжидать», — думал он. Комбат понимал, что командир дивизии обеспокоен не просто так. Боевая задача по перехвату и уничтожению каравана под контролем армейского командования. Ему приходилось со своими разведчиками неоднократно перехватывать караваны, уничтожать их в зоне ответственности дивизии, обеспечивать разведку в рейдовых операциях, но почему-то чувствовалось внутреннее волнение, несмотря на его сильный волевой характер.
В батальоне Аушев собрал командиров рот, взводов и приданных ему офицеров из сапёрного полка. Он провёл с ними совещание, довёл боевую задачу, обозначил район проведения засады, порядок следования и перемещения на месте проведения боевой операции.
— Довожу до вашего сведения, — сказал он, завершая постановку боевой задачи, — выбор места в ущелье, маскировка, оборудование опорных пунктов и выбор секторов ведения огня по уничтожению каравана, организация взаимодействия — это творческая инициатива командиров рот и взводов.
После отработки действий и вводных на ящике с песком, комбат сказал:
— А теперь, товарищи офицеры, доложите, чему вы научились.
Офицеры по очереди кратко доложили о своих действиях, и комбат ещё раз довёл организацию управления, напомнил, как спланировано всестороннее обеспечение боя:
— Несмотря на то, что после длительного перехода у душманов будет притуплена бдительность и на последнем этапе у них психологически возникнет эйфория успеха, — подчеркнул майор Аушев, — нам надо быть очень бдительными. Обнаружить себя мы не имеем права, а действовать надо будет быстро, оперативно и слаженно. Противник должен попасть в нашу ловушку. Обращаю внимание на отработку взаимодействия по прибытию на место с боевой группой 4-й мотострелковой роты. Она окончательно захлопнет ловушку для каравана, не давая возможности оставшимся в живых прорваться и раствориться в горах.
После короткого отдыха колонна отдельного разведывательного батальона выдвинулась к месту назначения. Следуя по маршруту, Адам Аушев ещё раз прокрутил в голове план операции, анализируя накопленный боевой опыт.
Под вечер, совершив марш в заданный район, батальон разместился на плато у уездного центра Суруби, где временно дислоцировался штаб 2-го мотострелкового батальона 180-го мотострелкового полка. По прибытии сразу начали готовиться к предстоящей операции.
Встретившись с местными хадовцами, с которыми уже работал представитель особого отдела дивизии, командир разведбата ещё раз уточнил время прохождения каравана. Здесь шло противостояние двух разведок. С одной стороны, чётко работали оперативный отдел и отдел внешней разведки ХАД, а с другой, не дремала разведка Исламской партии Афганистана во взаимодействии с вневедомственной разведкой Пакистана. У противника, по данным разведки, в каждом кишлаке были свои осведомители. Они были и у госбезопасности ХАД.
Прохождение каравана, учитывая его значимость, отслеживалось на всём пути его движения. Стало известно, что в караване будут также кассеты с видеосъёмками обстрела из тщательно подготовленной душманами засады колонны автомобилей и бронетехники 180-го мотострелкового полка в начале июня на участке трассы Кабул — Джелалабад. Эти кассеты, снятые иностранными корреспондентами, предназначались для душманских формирований как инструкция по их действиям.
В ходе встречи, которая проходила в штабе мотострелкового батальона, несущего службу на трассе, присутствовал старший офицер оперативного полка ХАД, прибывший из Кабула в Суру-би. Это ещё раз подчёркивало важность каравана. Выступая в узком кругу приглашённых на встречу, он напомнил:
— Караван на подходе, он пройдёт завтра в полночь в направлении кишлака Гагамунда и проследует в ущелье на хорошо замаскированную базу мятежников. Она расположена примерно в десяти километрах от кишлака.
