— Хорошо, но только после занятий по боевой подготовке. Должны же вы привести в порядок дерево, которое сегодня притащили и порубить дрова, — улыбаясь, ответил ротный.
— Это мы мигом, прямо с утра, да ещё и нормативы огневой подготовки выполним, — рассудительно ответил сержант Нигаметьянов.
— Ну, это завтра посмотрим, а сейчас давайте проверим позиции боевого охранения, — поднявшись со стула, ответил ротный.
Обойдя боевые позиции, старший лейтенант Годына направился отдыхать. Небо было светлое, видны были звёзды, а луна уже находилась в западной части горизонта. Горы и далекие хребты, выделяясь на фоне ночного неба, были необыкновенно величественными. «Да… красивый здесь горный пейзаж, но всё уже так надоело! Скорей бы возвратиться домой», — подумал командир роты.
После нахлынувших воспоминаний он чувствовал усталость и головокружение: осталась щемящая боль в голове. Видно, не все осколки достали врачи. Ему хотелось быстрее увидеть жену, сына, своих родителей. Теплой волной нахлынули на этот раз приятные воспоминания, и он уснул, но вскоре быстро проснулся в холодном поту. Ему показалось, что рядом с ним сидит майор Степченко и что-то ему неразборчиво говорит. Годына переключил свое внимание на завтрашний день, но почти рядом услышал громкий крик:
— Пацаны! Осторожно! — и сразу же, через несколько секунд, последовала короткая автоматическая очередь. Он вскочил, оделся, быстрым движением перетянул ремень, схватил автомат и выскочил из своего помещения.
Громкий крик и выстрелы разбудили и остальных бойцов, которые почти мгновенно с автоматами наизготовку выбежали из спального помещения. Старший лейтенант Годына увидел рядом с помещением, где находился пункт боепитания и продовольственный склад, сержантов Нигаметьянова, Безгодкова и других бойцов. Рядовой Мошкин, неся службу в это время часовым на посту, что-то говорил, указывая рукой на камни у скалы.
— Что случилось? — спросил Годына. — Почему стреляли?
— Товарищ старший лейтенант, змея… Вот она! — крикнул рядовой Мошкин, указывая на распластавшуюся, но ещё шевелящуюся большую полутораметровую ядовитую гюрзу коричнево-ржавого цвета. — Рыжий с Равкатом нечаянно спугнули и чуть было не наступили на неё!
В воздухе повисла тишина, которую нарушил Файзуло.
— Товарищ старший лейтенант, — с серьёзным видом сказал он, — это очень коварная, сильная, смертельно ядовитая змея. Она в считанные доли секунды, как молния, бросается на жертву. Надо срочно заказать у дуканщика Абдулахада овчину и шерсть овец. Развесим их в разных местах, тогда змеи здесь больше не появятся.
— Файзуло знает много здешних хитростей! У него на родине в Кулябе так поступают. Он нам рассказывал, — добавил сержант Безгодков.
— Хорошо, Рыжий, с сержантом Нигаметьяновым и Файзулой так и сделаете, — согласился командир роты.
Было очень тихо, но иногда эхом доносились отдалённые звуки выстрелов, где-то раздавались шорохи, небольшой шум, было слышно, как бурлит в реке вода. Природа продолжала свою жизнь и ночью. На территории поста чётко вырисовывались тени от близлежащих скал, огромной шелковицы, маскировочных сетей капониров: там стояла боевая техника.
Чтобы отогнать все мысли, накопленные за прошедший день, впечатления, воспоминания, снять с себя полученный стресс, старший лейтенант Годына решил немного охладиться в водоёме. Его примеру последовали сержанты Нигаметьянов, Безгодков и Файзула Тахтамурадов. Подойдя к водоёму, они увидели лунную дорожку на воде, которая прерывалась тенью рядом стоящей скалы. Сочетание лунной дорожки с тенью скалы (она была похожа на какого-то фантастического зверя) позволило расслабиться и улучшить испорченное настроение.
Искупавшись в обжигающей прохладной родниковой воде, все погрузились в сон.
