– Что? – она невинно закатила глаза. – Ей полезен крепкий здоровый сон. Всё нормально, не смотри на меня так! Она и так принимает его каждый вечер, ну подумаешь, выпила на пару часов раньше нужного! Мы тут не пропадём, а ты… ты иди и, что там дальше по плану, не знаю… помириться с Виком? Надоело смотреть на ваши постные рожи. Я не ошиблась? Ты же хотела сбежать к нему?
– Да, чтоб тебя. Сегодня ты спасла мою жизнь, – всерьёз заявила я и, подойдя к двери, чмокнула Хэлен в лоб. – И не только мою, кстати.
– Беги, – хмыкнула она и сощурилась. – Но помни, ты моя должница.
– На всю жизнь, сестрёнка! Крещу сердце! Кстати…
Замешкавшись, перед тем как выйти, я смерила Хэлен долгим взглядом и спросила то, что давно хотела:
– Перед лагерем я заглянула в твой альбом, малышка, и там увидела одну жуткую картинку… Человека в маске, которого ты нарисовала…
Хэлен, подняв брови, с удивлением слушала меня.
– Где ты его видела?
– Не знаю, – она пожала плечами, потёрла щеку. Она так делала всегда, если была в замешательстве. – Приснился как-то раз… будто шёл по нашему дому. А что?
– Ничего, – эхом откликнулась я и попятилась к двери, хотя сердце укололо от беспокойства.
Набросив куртку, вылетела из дома и по пустой улице побежала к школе. В такое время автобусы уже не ездили, а нашу машину я бы не рискнула взять, вдобавок я неважный водитель. Асфальт был мокрым и глянцево-чёрным после надвинувшегося на город ледяного дождя. Под подошвами ботинок похрустывал тонкий ледок, сковавший лужи. Скарборо расплывался в туманное ничто по периферии зрения. Всё, чего я боялась, – не успеть, а потому поднажала.
А что, если они пришли за Виком раньше, чем задумали?! И сколько именно их там будет? Они же ясно дали понять, что не будут марать руки: кто-то убьёт Вика вместо них. Они там – лишь контролеры.
Я не чувствовала ног и стремглав летела по улицам. Усталости не было: верно, всему виной адреналин. Очень скоро, быстрее, чем думала, пересекла школьный двор и быстро свернула на газон, под деревья. В школе горело дежурное освещение, и я присмотрелась. На первый взгляд, дверь была заперта, однако уже знакомое мне окно в женском туалете точно придёт на выручку. Я прекрасно знала, что сильно рискую, когда окажусь там, но выбора всё равно не было. Забежав за угол здания, нашла нужное узкое окошко, подтянулась, кое-как поддела лезвием прихваченного из дома мультитула раму, отошедшую с края от узкого откоса, и, скользнув внутрь, спрыгнула на кафельный пол.
В школе было тихо и пусто. Стояла зловещая тишина. Я покинула туалет, где было ещё не прибрано, и вышла в безлюдный коридор. Ради интереса подёргала дверную ручку кабинета истории, но он был заперт. Тогда я завернула за угол.
Там стояли ведро с водой, швабра и метла в специальной подставке. Всё выглядело так, точно Вик совсем недавно был здесь и отошёл на пару минут. Значит, он где-то неподалёку! Вот это удача. До одиннадцати ещё почти сорок минут. Это значит, у нас есть шанс сбежать.
Я прошла по коридору и свернула вправо. Затем двинулась в сторону учительской. Действовать нужно быстро, времени в обрез. Я торопливо шла, придерживаясь за стену, перед тем как зайти за угол, осторожно выглянула…
– Так и знал, что ты придёшь, – послышался голос за моей спиной, и я отпрыгнула к стене, испуганно стукнувшись лопатками о грохнувшую дверцу шкафчика. – Думала, я тебя не заметил там, в туалете?
Шериф Палмер был одет в обычную чёрную куртку. За пояс он заткнул белую пластиковую маску, и она имела очень мало общего со зловещей маской Крика, разрисованной кровью. Я мстительно хмыкнула.
– Давай вместе поищем Виктора? – мягко предложил мне Эрик Палмер и поманил рукой. – Иди сюда.
Презрительно скривив рот, я бросила ему в лицо:
– Пошёл ты.
– Не советую меня злить, – заметил он. – Старших, тем более сотрудников полиции, нужно слушаться, если не хочешь неприятностей, и я сказал: иди сюда, сука.
Мы встретились взглядами. Впервые в глазах человека я видела столько ярости. Столько ненависти. Столько холодной жестокости. Я сделала к шерифу шаг, потому что знала точно, когда увидела этот взгляд: он убивал уже, и не раз, и даже не тех, кто преступил черту закона. Так кто же в Скарборо настоящий убийца?
Открылась дверь в кабинет обществознания, оттуда вышел высокий мужчина.
– Притащи её, Люк, – велел отец сыну.
