– Много всего – и ничего серьёзного, – отмахиваюсь. – Знаешь, твоя реакция лишь подтверждает мои подозрения.
– Я так реагирую не потому, что ты права. Ты говорила, что я плейбой, но на самом деле мне далеко до Даманова. Он много чего обещает, но кроме лапши на ушах ты ничего не получишь.
– Спасибо, что оцениваешь мою способность разбираться в людях так «высоко», – хмыкаю и топаю дальше к машине, обойдя его по дуге.
– Чёрт, я не это имел в виду, – хватает меня за локоть. – Просто хотел предупредить.
Заметив это, из машины выбирается Андрей, и Игорь тут же отпускает мою руку, в примирительном жесте демонстрируя ладони.
– Я благодарна тебе за заботу, но в этом нет необходимости.
Уже почти подхожу к двери, которую распахнул для меня Андрей, но Грачёв не сдаётся.
– Так что насчёт моего предложения?
Кидаю быстрый взгляд на водителя и друга семьи в одном лице, пытаясь понять, не догадался ли он, о чём идёт речь, и снова поворачиваюсь к Игорю.
– Я подумаю.
Удовлетворённый ответом, Грачёв наконец-то оставляет меня в покое, и я прячусь в тёплом нутре автомобиля. Настроение вроде как потихоньку улучшается, но я зачем-то бросаю взгляд в сторону университетских ворот; приходится прищуриться, потому что с моим зрением только и смотреть на такие расстояния, и наблюдаю фигуру Мстислава, который стоял на промозглом ветру в одной футболке, спрятав руки в карманах своих вечных драных джинсов. Ещё секунда, и возле него тормозит «БМВ» спортивной модели, из которой выбирается высокий брюнет с густым ёжиком волос, и, обменявшись парой слов, они с улыбками на лицах начинают обниматься, хлопая друг друга по спине. Мои глаза буквально на лоб лезут: ничего себе у Даманова знакомые!
Хотя чему тут удивляться – сын губернатора, как-никак.
И снова я поступаю совершенно нелогично – вместо того, чтобы отвернуться и забыть, продолжаю смотреть на Даманова. Каким идиотом надо быть, чтобы в такую погоду на улицу в одной футболке выскочить – всё-таки, сейчас не май месяц. Очевидно, его перспектива подхватить воспаление лёгких или что похуже не пугала: он даже не трясся, когда в него швырнуло горсть первых дождевых капель. Я, даже сидя в салоне, поёжилась, а ему хоть бы хны – аж зависть берёт.
– Поклонники прохода не дают? – врывается в мысли голос Андрея.
Бросаю в его сторону недовольный взгляд, потому что он напугал меня.
– А можно мы просто поедем домой? Я замёрзла, устала и хочу есть.
Мужчина хмыкает, но покорно заводит двигатель и молча выруливает со стоянки. Я снова смотрю в сторону Даманова, когда машина проезжает мимо, и парень подмигивает мне, отчего мои брови взлетают вверх.
Кажется, я не очень доходчиво умею объяснять…
План по завоеванию девчонки нарисовался в голове за считанные секунды с подачи младшего двоюродного брата.
Когда она залепила мне ту звонкую пощёчину, от которой на мгновение я даже звёзды увидел – тяжёлая у неё рука, однако… – стало понятно, что обычные подкаты с ней не сработают. Сразу видно, что у неё в отличие от остальных не ветер в голове, и тут надо извернуться, чтобы привлечь её внимание и при этом снова не схлопотать по мордам. После того, как Грач поймёт, что ему всю жизнь быть только на вторых ролях, девушка сможет отправиться восвояси на все четыре стороны. А пока что мне придётся изобразить себя в выгодном свете – да так, чтобы при взгляде на меня она даже мысли не допускала, что может быть вариант лучше, чем я.
Я должен стать светом в её окне, а значит у меня много работы.
Две пары я ломал голову над тем, как её обработать, пока Марина пыталась уговорить меня на быстрый секс прямо в университетском туалете – знает, что я люблю экстрим. Но мне, чёрт возьми, нельзя светиться рядом с другими девушками до тех пор, пока не заткну Грачёва, иначе девчонки мне не видать. Поэтому посылаю Амелину нахрен, из-за чего она психует и в ответку шлёт меня ещё дальше, но меня не колышет: найти другую такую же – пять минут делов.
Короче, я уже почти сам психовать начал, когда мне на телефон упало сообщение от брата.
Хмурюсь, потому что не могу вкурить, каким боком я связан с весельем – тем более что последний раз мы виделись зимой в прошлом году на мой день рождения. Не сказать, что бы мы были братьями в общепринятом смысле, но и тёрок у нас особых никогда не было. Изредка тусовались вместе, но никогда не считали нужным общаться каждый день или проводить больше времени вместе. Моей семьёй по большей части были мать и Тоха с Димычем, и я никогда не видел нужды кем-то её дополнять.
Но если Егор хочет приехать – пусть приезжает; возможно, ему удастся дать мне парочку дельных советов.
