— Значит так, девушка замужем, не вздумай лезть к ней в дом. Адрес написан на оборотной стороне карточки. Работает в «Шарашмонтаж» легких металлов. В общем цинкуй ее, как хочешь, но сфаловать обязан. Да, и не корчь из себя Рокфеллера, твои заходы с кабаками и корзинами живых цветов тут успеха иметь не будут. И вообще, эта девушка считает убийцей каждого, у кого в кармане есть хотя бы доллар. Так что твои старинные легенды о нищем студенте здесь явно пригодятся. В общем, так. Через десять дней ты должен мне доложить, что оттрахал ее на всю катушку. И не просто доложить, а предъявить вещественные доказательства. Опыт по этой части у тебя большой, а после командировки в Питер на слово я тебе верить перестал. Усек?
Лишний вопрос. И без ответа я прекрасно вижу: Константин горит желанием немедленно приступить к работе.
— В общем, чтоб все было действительно в лучшем виде. А теперь тебе предстоит период адаптации.
Когда мы вошли в дом, Гарик тут же вылез полюбоваться на своего приятеля. Я категорически запретил близко подпускать моего дорогого наследника к Константину, пока тот отдыхает. Не хотелось мешать Косте полностью наслаждаться устроенным ему санаторием. Вдобавок, если бы эта пара объединилась, Вохе бы пришлось непросто.
— Константин, — возвращаю ему ключи от квартиры, пистолет и возможность шкодить в моем доме напару с Гариком, — вы тут поиграйтесь немного. А с завтрашнего дня приступай к работе.
Гарик одарил меня пакостным взглядом и повис на Косте, как гоблин на новогодней елке.
— Надеюсь, после ваших игр мне не нужно будет снова менять кресла? — заметил я.
— Что тебе кресла? — тут же подала голос невесть откуда взявшаяся Сабина. — Тебе мебель дороже ребенка. У него что, два детства?
— Ты права, дорогая. Хотя у Кости их точно два. Есть еще какие-то предложения?
Вместо ответа Сабина протянула мне телефонную трубку.
— Здравствуй, — несколько озабоченно звучит голос Рябова. — Я жду тебя в офисе.
Будни моей фирмы, как всегда, заполнены рабочим кипением. В этом я убедился лишний раз, когда вылез из машины в тылу здания. Один из мусорных контейнеров с надписью, исполненной паскудной рукой начальника отдела снабжения, «Ветераны труда обслуживаются вне очереди» был переполнен свежими банановыми лушпайками.
Воздух офиса пропитался запахом бананов так надежно, что даже от главного инженера, встретившего меня в коридоре, несло вовсе не его любимым напитком, хотя рабочий день был в самом разгаре.
— Слушай, — с озабоченностью обратился ко мне главный инженер, — они не подчиняются. Я говорю, нужно в морге на всякий случай стенку завалить. Тогда точно ее год восстанавливать будут. А они — ни в какую…
— Кто это они?
— Ну, менеджер с маркетингом. Сами же мне сказали, что этой операцией я руковожу, а теперь не подчиняются.
Лишний пример того, что вчерашний противник может сегодня стать союзником. Прекрасно понимаю, почему шеф группы маркетинга и генеральный менеджер избрали своим предводителем главного инженера. Особыми лаврами бананово-компьютерная операция не пахнет, но случись прокол — козла отпущения они заготовили заранее. Главный инженер даже не понимает, отчего ему выпала высокая честь командовать этой операцией.
— Хочу тебе напомнить, — успокаиваю главного инженера, — руководитель просто обязан прислушиваться к мнению подчиненных. Если в интересующем нас заведении идет ремонт, доламывать его не обязательно. Ты что, забыл старинную истину: один ремонт стоит двух наводнений? Лохи уже объявились в нашем благословенном городе?
— Два раза товар брали. Мы пока его складируем. Артисты… Хорошо рыло делают.
— Надеюсь они не из местного драмкружка?
— Нет. Они даже не из нашей страны, — попытался изобразить обиженный вид главный инженер. В самом деле, разве стоит задавать наивные вопросы такому выдающемуся командиру производства.
В моей приемной ожидали юрисконсульт и бухгалтер, попеременно ныряя в ящик, стоявший у стола Марины. Корзинка для отходов делопроизводства была заполнена доверху.
— Я тут тебе ящик попыталась оставить, — поздоровалась Марина, — но, похоже, они и его прикончат.
Фирма у нас большая. Но тридцать ящиков бананов за один день — можно уже начинать беспокоиться за состояние желудков сотрудников. Не зря говорится — на шару и уксус сладкий.
— Есть проблемы? — спрашиваю у этой парочки, и те молча закивали головами, стремительно прожевывая дары колумбийских полей.
— Тогда со всеми проблемами обратитесь друг к ДРУГУ, — мгновенно решаю производственную задачу. — Если, конечно, До того не подавитесь. Марина, два кофе в мой кабинет, пожалуйста.
Рябов сидел за письменным столом, разложив перед собой какие-то бумаги.
— Что случилось, Сережа? — спросил я, и за моей спиной тут же звякнула своими побрякушками Марина. Она поставила кофейник на журнальный столик и как бы невзначай заметила:
— Вам никто не помешает.
— Вижу, что разговор грозит затянуться, Рябов.
— Чего?
— Когда происходят серьезные события, ты являешься в этот кабинет еще раньше меня. Кроме того, Марина подала кофе не в чашечках, а притащила целый кофейник.
