– Хорошая у вас работа, Павел, – сказала девушка. – Невероятно расширяет горизонты. Нам нужен владелец?
– Это вряд ли. Нам нужен тот, кто занимается этим красавчиком. Придется подождать. Если, конечно, у вас есть время.
– У меня полно времени.
В боксе Ивана Караева царил идеальный порядок. Кроме стоящего на стапеле «Харлея», здесь имелись стеллажи, забитые какими-то инструментами и баллончиками с аэрозолью. Сотни баллончиков, а еще – несколько переносных компактных компрессоров. К одному из них, стоящему на отдельной полке, тянулся тонкий шланг; с другой стороны шланг был подсоединен к небольшой металлической трубке с парой врезных деталей и насадок.
Дарси повертела трубку в руках:
– Аэрограф.
– Вы и в этом разбираетесь.
– В чем я только не разбираюсь. Я же сценаристка.
Почему ей кажется, что это слово все объясняет? Вот лейтенанту Павлу Однолету до сих пор многое неясно. Например, куда подевался Караев. Паша даже успел позвонить ему, но если раньше гудки все-таки шли, то теперь телефон был отключен.
В ближнем к выходу углу стояло старое протертое кресло, которое наполовину перекрывал маленький стол. Паша хотел было устроиться в кресле и полистать журналы (на столе их была целая кипа), но у Дарси оказались свои планы.
Она обошла мотоцикл со всех сторон, нежно пробежалась пальцами по рулю и сиденью, а потом сказала:
– Давненько я ничего не выкладывала в Инстаграм. Запечатлеете меня?
– Ну… давайте. А где?
– Я вижу только один вариант.
Произнеся это, Дарси сбросила на пол свой рюкзак (ах, что это был за жест! – как будто она навсегда оставляла свою прошлую жизнь и не собиралась оборачиваться) и – Паша и глазом моргнуть не успел – как она уже сидела за рулем «Харлея».
Ужасно милая девчонка, ужасно! И Бо поступила бы так же.
– Не чересчур? – засомневался Паша.
– В самый раз. У вас смартфон или что? Камера нормальная?
– Смартфон. Камера… э-э… тринадцать мегапикселей.
С тринадцатью Паша загнул, их было вполовину меньше, но… Ради того, чтобы стать обладателем фото хорошенькой девушки и крутого мотоцикла (3-е место в топе самых популярных обоев для рабочего стола) – можно и приврать.
– Отлично. Снимете меня на свой, потом перебросите. Идет?
– Переброшу, конечно.
Однолет уже сделал несколько выигрышных (с его точки зрения) снимков и продолжал щелкать, когда на пороге бокса показался молодой человек в замшевой куртке с наброшенным на голову капюшоном. В руках молодой человек держал квадратный картонный поддон с двумя бумажными стаканчиками.
Несерьезно вышло. Несолидно.
– Иван Караев? – прогромыхал Паша на весь бокс.
Красавчик, уже несколько мгновений взиравший на мизансцену с Пашей и Дарси, склонил голову набок и улыбнулся.
– Нет. Клиент Ивана Караева.
– А где Иван?
– Не знаю. Жду.
Дарси, повернувшая голову на первую реплику вошедшего, так и осталась сидеть на «Харлее», в то время как Красавчик обошел мотоцикл. Он поставил картонку с чашками на сиденье позади девушки и приблизился к ней. Конечно, он был несколько мелковат, но спину держал очень прямо – и, судя по всему, это его врожденное свойство. Безусловный рефлекс.
– Удобно? – спросил он у Дарси.
– Очень, – ответила она. – Это ваш?
– Нравится?
– Очень. А разве зимой ездят на мотоциклах?
– А разве это зима?
Красавчик не привирал с «Харлеем», как Паша Однолет приврал с пикселями на камере. Красавчику, судя по утонченному и в то же время – дерзкому лицу, – никому бы и в голову не пришло задать вопрос «смартфон у вас или…», потому что и так ясно, что смартфон-айфон-десятка с функцией распознавания лица. И все другие вопросы так и останутся непроизнесенными в связи с очевидностью ответов.
С другой стороны, он мог оказаться и вовсе без мобильной связи, и без дорогого мотоцикла между ног, ничего бы это не изменило. В восприятии Бо, например. И всех остальных крутых девчонок, млеющих от такой сомнительной и научно не подтвержденной вещи, как харизма.
Потому что других сериалов в стране не производят. И потому что это и правда похоже на флирт.
– Вы то, что я думаю? – спросила Дарси.
– Предупреждаю, – ответил Красавчик. – Я могу вас сильно удивить.
