Джаред спокойно обнимал Гранию, радуясь одному этому факту. Под ногами была твердая земля, на инстинкты волка ничего не давило, лучшая женщина всех миров находилась рядом, счастливо сопела ему в грудь и не вырывалась из объятий — разве могло быть лучше?
— И не забудьте сказать «спасибо» благому мальчишке, он нам с Клейт очень помог, как и всему нашему миру, — привычный уже высокий голос перекрыл шум и гам.
Все неблагие ши замолкли, обернулись к ним с Гранией. Юная супруга покрепче вцепилась в Джареда, то ли страшась чужого внимания, то ли того, что он ее отстранит. Оба повода показались Джареду смешными, он улыбнулся и помахал рукой неблагим, не отпуская Гранию от себя.
— Да-да, вот этому вот благому мальчишке, — Лорканн возвышался над всеми и довольно светил желтыми глазами, — спасибо, Джаред.
Неблагие помахали Джареду в ответ, вразнобой сказали «спасибо» и опять отвлеклись, в том числе грифон, которого утащила из комнаты нервная Линнэт.
Джаред перевел дух, только тут осознав, что задержал дыхание.
— Ты чего? И как ты? Что он с тобой сделал? Тебя подменили?! — яростный шепот Грании удивил.
— Нет, нет, ничего такого, мы просто прогулялись по болоту, мерзейшее место, ничего хорошего там нет, — Джаред хмыкнул, видя, что супруга так и не поверила. — А потом немного еще по разным местам. Никто со мной ничего не делал, клянусь честью!
— Поразительно! — задрала руки, дотянулась до его щек, ощупала уши, отдельно провела пальчиками по растянутым в улыбке губам. — Тогда, получается, ты сам так изменился?!
— Как? — настала очередь Джареда удивляться.
— Ну так! Не прячешь меня, не выдираешься! И даже уши пощупать дал, — хитро сощурилась, — принародно!
Джаред вспомнил те тревожные мысли о собственной смерти, что он успел отложить мыслесловом, чтобы отправить Грании, если вдруг что с ним случится, и без сожалений стер их из памяти.
— Я люблю тебя, — слова дались тяжело, но Грании этого оказалось достаточным. — Ты лучшая женщина во всех мирах и вселенных, — добавил он серьезно, а она почему-то рассмеялась. — И совершенно непредсказуемая!
Неблагое небо, не сильно отличавшееся от благого, потемнело — и в нем взорвались фейерверки, о величии которых среди благих ходили только легенды. То цветы распускались над водой, то грозно взмывал Семиглавый, то стая птиц Роука словно бы атаковала Падающую башню…
В общем, все прошло с размахом, который одинаково был присущ что благим, что неблагим.
В тот же день, вечером, когда большая часть дворца уже наслаждалась снами, Джареду приспичило прогуляться. Он не смог бы объяснить, что погнало его на свежий воздух — родная супруга дремала в кровати, сам он чувствовал себя чистым (после самой обыкновенной ванны с горячей водой), отдохнувшим и полным сил (после дивно проведенного времени с Гранией). Впрочем, с некоторых пор, начавшихся не так давно, Джаред привыкал доверять побуждениям своего сердца и прислушиваться к нелогичной, неидеальной, но в целом приятной собственной душе. Признавать собственное несовершенство и смиряться с ним оказалось не так уж и страшно, можно было осознавать его и жить дальше. Особенно хорошо это удавалось при прогулке.
Одним словом, Джаред пошел прогуляться.
Поселили их не так далеко от королевских покоев любого толка, на самом высоком этаже, стены которого изображали верхние слои голубого неба и недостижимый темный купол с рисунками звезд. Гулялось Джареду прекрасно, хотя образчики неблагого искусства до сих пор ставили его в тупик — традиция рисовать воздух, замазывая холст чистой белой краской явно пребывала на непознаваемом для благих пределе неблагости.
Прогулка по ночному дворцу Джареду весьма понравилась — у неблагих было тихо, очень по-домашнему, а может, так казалось ему из-за разницы с болотом. Нагретый за день камень стен отдавал тепло, прохладный ночной ветер гулял по коридорам, вымощенные деревом полы согревали, а лучи луны, скользящие внутрь через узорные створки ставен образовывали новые орнаменты на полу.
Джаред повздыхал, добрался до балкона, вышел, чтобы оценить легендарный вид города Отражений. После рассказа Дея и сопровождения этого рассказа Бранна Джаред примерно представлял, насколько впечатляющим окажется зрелище, однако не удержался от восхищенного вздоха. Город лежал перед ним как на ладони, светился разными оттенками фонарных феев, золотыми отблесками цветка и серебристыми обводами города Отражений в небе.
Советник благого двора уверился в себе чуть полнее: иногда, с оговорками, конечно, можно было поддаваться зову души и поступать не вполне логично. Ради одного лишь собственного удовольствия. Почти совсем невинного — и как выяснилось, существующего.
Видимо, грифон обладал особым притяжением, возможно, вводил в свой личный круг доверия всех своих детей. Мальчишек. Кстати, принцесса Клейтарри однозначно была девчонкой, но Джаред был уверен, что это был не тот случай, где требовалась тут особая строгость.
