Сержант Егор Семенов пришел в уголовный розыск сразу после войны, едва сняв с себя солдатскую шинель. Немногим позже он был переведен в оперативный отдел. Таких работников, как Егор Семенов, в отделе ББ было всего лишь несколько человек – засекреченная группа. Во всем управлении в лицо их знали только три человека – начальник уголовного розыска города майор Абрам Борисович Фризин, начальник отдела по борьбе с бандитизмом и дезертирством майор Щелкунов и старший оперуполномоченный капитан Рожнов.
Майор Щелкунов невольно улыбнулся, вспомнив о том, как Семенов следил за одним из своих подопечных, притворившись пьяным. Для маскировки ему даже пришлось падать в глубокую лужу на дороге, где он пролежал несколько минут, пока его фигурант разговаривал с подельником. Именно эта информация, полученная столь необычным образом, впоследствии была предъявлена при обвинении.
– Зинаида Кац, кажется, с наружки начинала?
– Так точно, товарищ майор, и очень хорошо там себя зарекомендовала.
– Пусть работает на пару с Семеновым. Так будет лучше для дела.
Василий Хрипунов вышел из подъезда управления и беззаботно, не оборачиваясь, двинулся в сторону цирка, располагавшегося на территории парка «Черное озеро». Народу у цирка по обыкновению было много: бабки, повязанные темными платками, наперебой расхваливали свою выпечку; у лотков с мороженым галдела ребятня; у пивного ларька деловито толкались мужики.
Егор видел, как Хрипунов подошел к двум парням, один из которых был высокий, в темно-коричневом костюме, ровесник Хрипунова, другой – почти мальчишка, лет восемнадцати, на котором завидно смотрелся пиджак из синего бостона. Они о чем-то оживленно переговорили, после чего разошлись в разные стороны.
Через три дня Щелкунов вновь пригласил в свой кабинет Ксению Богаткину. Разговор предстоял интересный.
Богаткина заняла прежнее место, на котором сидела в прошлый раз. Виталий Викторович выдержал затяжную паузу, после чего заговорил:
– Дело вот в чем, Ксения Васильевна… Тело вашего мужа так и не было найдено, о чем мы только что получили радиограмму. Хотя ульяновская милиция приложила максимум усилий для его поисков. Видимо, ваш муж действительно утонул, как это ни горько осознавать.
Ксения Васильевна всхлипнула и поднесла к глазам белый платок.
– Утонул, сердешный… Даже могилки после себя не оставил. Где же мне поклон ему, родимому, отвесить?
Теперь майор Щелкунов был уверен, что женщина играет спектакль. И надо признать, неплохо играет. Если бы не этот фальшивый жест с платком, можно было бы поверить в ее искренность. Но какова цель этого представления? Чтобы понять, нужно вернуться к исходным данным. А дело выглядит следующим образом: на берегу Волги в городе Ульяновске осталась одежда жителя Казани Ивана Дворникова, мужа этой особы, и полбутылки водки. В брюках находился его паспорт. На бутылке не оставалось никаких следов и отпечатков пальцев. Можно допустить, что следы стерла непогода, но на протяжении всей недели в Ульяновске было сухо и жарко. Следы были уничтожены! Настораживает еще одно обстоятельство: повествование Богаткиной в точности повторяет свидетельства Хрипунова. Очень похоже на то, что они сговорились между собой, что именно и как нужно рассказать.
– Я очень сочувствую вашему горю. – Расписавшись на повестке, майор Щелкунов протянул ее Ксении Богаткиной. – Можете идти.
Выйдя из здания управления, Ксения Васильевна не обратила внимания на неброского молодого человека в серой кепке, надвинутой на самый лоб, увязавшегося за ней следом. Богаткина шла привычными переулками, проходными дворами, только однажды она обернулась, бегло посмотрела вокруг и пошла дальше в сторону озера Кабан, где и проживала.
В доме она пробыла недолго и вскоре вышла, держа в руках большую хозяйственную сумку. Она захлопнула за собой дверь и спустилась на улицу по ступенькам высокого крыльца, постанывающего под каждым шагом. Теперь она не походила на убитую горем вдову, каковой выглядела какой-то час назад. Вместо длинного шелкового платья с красными розами на ней был скромный ситцевый халат. По виду обыкновенная тетка. Зайди она сейчас в толпу, и ее не отличишь от окружающих. «Что это она? На рынок, что ли, собралась?» – гадал Егор.
Семенов не ошибся – Ксения Васильевна направилась в сторону колхозного рынка. Стараясь не отстать, он топал следом. Неожиданно она обернулась и цепким взглядом окинула его фигуру. Женщина оказалась не столь проста, как представлялось поначалу. На немолодом, но по-прежнему привлекательном лице было начертано: «Парнишка из шпаны! Ишь ты, кепку на самые глаза напялил. Глазами так и пуляет!»
Богаткина зашагала дальше, у Егора отлегло от сердца: «Кажется, ничего не заподозрила».
Ксения Васильевна подошла к мясному прилавку. Придирчиво и долго примеривалась к нарубленным кускам говядины, тыкала вилкой куски мяса, а потом повернулась к продавцу – юркому и разговорчивому татарину в бордовой атласной тюбетейке.
