— Завтра ты сделаешь аборт, Лана. И эта проблема будет решена.***Моя первая влюблённость закончилась разбитым сердцем и двумя полосками. Тиграну Мирзоеву не нужен ни ребенок, ни я. Только почему столкнувшись снова, мужчина не дает мне уйти? Ведет себя так, словно я все ещё его. Преследует и не дает сбежать.***— Я ухожу, Тигран. Ты сделал мне больно достаточно.— Ты никуда от меня не уйдёшь.
— Мышка, не спать.
Я чувствую ласковые прикосновения к спине, потягиваюсь. Ещё не открыла глаза, но знаю, что Тигран хмурится. Сильнее надавливает своей ладонью на поясницу, а после отвешивает мне шлепок по попе.
— Эй!
— Нам пора вставать.
Глупый график, по которому живёт мужчина. У него ведь всё-всё расписано. И когда просыпаться, и когда обед, и во сколько уезжает из офиса. А завтра ещё добавит в расписание, что у нас секс. Строго с часу до двух, в обеденный перерыв.
Прячу лицо в подушку, медленно дышу. Постель ещё хранит тепло и запах мужчины, и это так приятно. Не хочу вставать, не буду. Ощущение, что стоит открыть глаза и всё закончится.
— Давай, Лана, я приготовлю кофе.
— Не хочу.
Мне так хорошо, уютно. Особенно, когда мужчина накрывает моё тело своим, вдавливает в постель. Огромный, тяжелый. Родной. Я готова всему миру рассказать о том, насколько счастлива.
Но не могу. Всё только между нами, никто другой знать не должен.
Маленькая тайна.
— Опоздаешь в офис, — он оставляет поцелуй за ушком, щекочет кожу своим дыханием. — Говорят, у тебя очень строгий начальник.
— Угу. Тиран!
— Вот-вот. И если его помощница продолжит валяться в постели, то он её накажет.
— И как же?
— Отшлепает тебя, мышка. Не сможешь сидеть.
Мне нравится эта странная игра. И не страшно быть смелой рядом с Тиграном и немного открываться. Иногда я чувствую себя очень глупой. А потом — самой умной, когда мужчина хвалит за какую-то мелочь.
И самой счастливой, когда Тигран ласково ведёт по шее, как сейчас. Мне подвластен весь мир, всё-всё!
Его губы прихватывают мою мочку, рука протискивается между мной и матрасом. Охаю, когда пальцы бесстыдно отодвигают край белья. Сразу к самому сокровенному.
Но стоило привыкнуть, Тигран всегда так делает.
— Если ты встанешь сейчас, то мы успеем получить удовольствие. А потом позавтракать где-то в городе.
Короткого обещания хватает, чтобы сон улетучился. Вместе, на мини-свидании. Я готова через секунду выйти из квартиры, если нужно будет. Подрываюсь на месте, желаю прижаться к Тиграну.
Но руки хватают пустоту.
Тру лицо, включая ночник возле кровати. Номер отеля, где я теперь живу, совсем не похож на квартиру Тиграна Мирзоева. Старый, маленький. Холодный и чужой.
Его здесь нет.
Тиграна нет.
И я одна.
Осознание обрушивается лавиной, запуская лед в вены. Меня знобит несколько секунд, пока ещё жива надежда. Показалось, в темноте не поняла. Это иллюзия, а мы ещё вместе.
Но ничего подобного.
До будильника ещё два часа, но я поднимаюсь и иду в душ. У меня сегодня первый рабочий день. И я очень надеюсь, что всё получится. Потому что мне нужна работа.
Переезд в другой город — удовольствие не дешевое. Особенно, когда ты беременна. Особенно, если ты прячешься от бывшего.
Тигран не ищет меня, конечно же. Всё между нами закончилось в один момент. За секунду. Так же внезапно, как и началось. Но я просто не хочу его видеть, знать, что мы в одном городе.
Вычеркнуть мужчину, будто и не было его никогда.
Пытаюсь прогнать остатки сна холодной водой. Потому что Тиграна рядом нет. И мы никогда не завтракали вместе в городе, как было во сне. Только обедали, под видом начальника и подчиненной.
И редко ночевали вместе, встречались утром и вечером.
Сначала мне казалось, что приятная маленькая тайна.
Потом появилось ощущение, что я какой-то грязный секрет.
Но я и была грязным секретом.
Когда я всё поняла — стало невыносимо больно.
Так больно, что всё внутри застыло. Выворачивало наизнанку и ломало. Меня колотило, слезы всё никак не могли пролиться.
— Прекращай, — приказываю своему отражению, собирая волосы в пучок. — Прекращай по нему страдать. Он не достоин того.
Тигран не достоин ни капли пролитых слез.
Не достоин моего сердца, которое не получается собрать заново. Он всё ещё выбивает за двести, стоит услышать похожий голос на улицу.
И уж точно мужчина не достоин того, чтобы узнать правду. Он хотел аборт… но я впервые поступила по-своему. Сохранила единственное ценное, что было между нами.
Теперь лишь нужно, чтобы мужчина никогда об этом не узнал.
— Светлан, подожди, — Ира, кажется, ловит возле входа в отель. — Еле догнала, где ты витаешь?
— Ой, прости. Задумалась. Что-то случилось?
— Да! Тихонов просил зайти к нему, как только ты появишься.
— Но до рабочего дня, — поворачиваю запястье и смотрю на маленькие часики. — Ещё пятнадцать минут.
— Бегом.
Блин, я ведь только первый день. Что произошло-то? Неужели сразу под сокращение попаду? И вот что мне с этим делать?
Оставляю пальто и сумку в раздевалке для персонала, поправляю платье.
Если меня уволят сейчас, то… А я ведь беременна, нельзя. Ладно, тогда не уволят. Уже хорошо. Успокаиваю себя всеми способами, двигаясь к кабинету нашему заместителю гендира.
Или могут уволить?
Ну почему, пока сестра изучала право, я бегала с подругами по магазину? Знать бы тогда, что будет…
Нервничаю, кусая губы до крови. Потому что мне нужна эта работа. Переезд в другой город — удовольствие не дешевое. Особенно, когда ты беременна. Особенно, если ты прячешься от бывшего.
