– Ну, есть-то всякому надо.
– Нет, не думаю, – сказал Тафф. Он показал два черепа. Оба они были меньше человеческих, но зато с огромными глазницами. – Поглядите! Видите?
– Они одинаковые, – сказала Сафи.
– Абсолютно одинаковые!
– Ну и что? – спросила Кара. – Что, Нирсук не мог одновременно съесть двух животных одного вида?
– Мог-то мог, – сказал Тафф и поднял третий череп. Он был точно таким же, как и первые два. – И всё же эти черепа должны были бы хоть чем-то отличаться. Быть поменьше или побольше… ну хоть чем-нибудь!
Он подобрал четвёртый череп, сравнил его с остальными.
– Как – то странно…
Кара окинула взглядом пол и увидела десятки совершенно одинаковых черепов, что смотрели на неё своими огромными глазницами.
– И что это означает? – спросила Сафи.
– Не знаю, – ответила Кара, – и у нас сейчас есть дела поважнее. Нам нужно отыскать яд и до рассвета возвратиться в Калу-Мальту! Времени у нас в обрез.
Для начала они испробовали Мэриного кролика, надеясь, что он укажет им точное местоположение яда, но когда Тафф шепнул ему на ухо свою просьбу, кролик просто отказался двигаться.
– Наверно, он работает только на больших расстояниях, – сказал Тафф.
Ребята пошли в ту сторону, где, как они примерно прикинули, должен был находиться рот. Им казалось, что дойти от одного конца тела до другого будет относительно просто. Но через несколько поворотов они безнадёжно заплутались.
– Нужен какой-то другой план, – сказала Сафи. Девочка достала гримуар. – Может быть, я смогу…
– Нет! – отрезала Кара. – Только в самом крайнем случае!
– Ну а это чем не крайний случай?
– Тем, что никто не кричит.
Они блуждали по длинным коридорам и высоким залам. Полы тут повсюду были завалены этими странными одинаковыми костями, большеглазыми черепами. Они нашли какую-то трубу, конец которой лежал на полу. Ребята пошли по ней наверх. Труба привела их в комнату, туго обтянутую каким-то плотным материалом, который принялся рваться, стоило Сафи на него наступить. Дети разочарованно вернулись в предыдущую комнату.
– Ну, что делать-то будем? – спросил Тафф. – Это же всё равно, что искать иголку в стоге сена, только мы даже не знаем, велик ли стог и как выглядит иголка.
– Ну, я, наверно, могла бы… – начала Сафи.
– Нет, – сказала Кара. – У меня есть другая идея. Эти кости – я не думаю, что они здесь потому, что Нирсук ими питался. Тогда бы они были только в желудке, а они везде.
– Тогда что же это? – спросила Сафи.
– Я так думаю, что они были частью Нирсука. Как рабочие. Вот почему они все одинаковые. Потому что Нирсук… – она запнулась, не зная, как объяснить. – Потому что они у него просто выросли, как у нас растут ногти и волосы.
– Ну, допустим, это правда, – сказал Тафф, – Но нам-то с этого что толку? Если бы эти существа были живые, ты бы, наверно, могла попросить их о помощи. Но они же все мёртвые!
– Да, я знаю, – сказала Кара.
Она помнила предупреждение Мэри: «Никогда не применяй своё могущество к мёртвым». Старуха не стала тогда вдаваться в подробности, но сама идея пахла настолько дурно, что Кара и не нуждалась в дальнейших объяснениях…
– Кара, – сказал Тафф, – даже и не думай! Должен быть другой способ.
– Может, он и есть, – сказала Кара, – но времени в обрез, а ничего лучшего мне в голову не приходит.
Она подняла с пола череп.
– Если случится что-нибудь плохое, постарайтесь тогда…
Кара запнулась. Череп болтался у неё в пальцах.
– Ну? – переспросила Сафи. – Что же нам делать тогда?
– Понятия не имею, – ответила Кара.
Она взяла череп обеими руками и прижала его ко лбу.
Кара вслушивалась изо всех сил, пытаясь понять тайный язык черепа, но не слышала ровно ничего, никаких подсказок, что помогли бы ей построить мысленный мостик. «Потому что оно мёртвое, – твердил назойливый голосок у неё в голове, – и этого ничем не изменить, что бы ты ни делала». Но Кара отмахнулась от этих сомнений и попыталась построить мостик из воспоминаний о тех, кого любила и потеряла. Она вспоминала Констанцию, державшую в руке Карин медальон, и маму, снова маму, как она полет сад под ровным моросящим дождичком.
Кара почувствовала на плече руку Таффа и поняла, что плачет.
– Всё в порядке, – сказала она. – Отойди.
Тафф послушался.
Мысленный мостик, который построила Кара, получился хороший и прочный, одна беда: он никуда не вёл. Поскольку Кара так и не сумела услышать голос мёртвого существа, она понятия не имела, где же должен находиться другой конец моста.
«Потому что оно мёртвое…»
