Вот оно что. Лаборатории. В таких центрах пытались изучать сущности. И видящих. Никто так и не понял, что лежит в основе нашего необычного зрения. Может потому, что добровольцев для испытаний находилось не так много?
Лаборатория была действующей. Мимо нас несколько раз проходили люди, и за матовыми стеклами по обоим сторонам коридора почти везде горел свет.
Чем отличалась очередная дверь от предыдущей, я не поняла, но шеф уверенно остановился напротив нее и коротко постучал.
— Виктор, — поднялся нам навстречу сухой мужчина восточной внешности.
— Айт, — протянул ему руку начальник и представил меня:
— Это Святослава, видящая из моего управления.
— Айтмагамбет Нурланович, — сам представился мужчина, аккуратно пожимая мою ладонь.
— Очень приятно, — пробормотала я, тайком оглядываясь. Кабинет был любопытным — инструменты, колбы, установки и приборы. Воспользовавшись тем, что мужчины увлеклись разговором и не обращают на меня внимания, я пошла вдоль стены, разглядывая устройства, большая часть которых была абсолютно непонятного назначения.
Не знала, что Вик работал с лабораториями. Хотя, что тут странного, образование у него было техническим, узко направленным на изучение сущностей. Я только думала, что он работал здесь также в управлении, но точно этого не знала. Выходила из комнаты, если Ярик начинал рассказать родителям о работе друга. Слава Пречистому, я это переросла.
— Держи, Виктор, — говорил мужчина шефу, когда я вернулась к ним, — могу дать не больше двенадцати штук — мы их ещё даже по столице не распределили.
— Спасибо, Айт, я не забуду, — кивнул шеф и забрал из рук бывшего коллеги небольшую коробку.
— Что там? — спросила я уже в машине.
— Новые щиты. Завтра как раз опробуем на площадке.
— Щиты? — я покосилась на коробку. Айт… в общем, бывший коллега шефа сказал, что в ней двенадцать щитов. Те щиты, которыми были оснащены оперативники были настолько массивными, что некоторые бригады даже отказывались от них в пользу мобильности.
— Да, новая разработка. Очень перспективная. Завтра оценишь.
— Ясно. А теперь куда?
— Теперь, как обещал еще в офисе — праздновать твой день рождения.
— Обещали? Виктор Андреевич, честное слово, не стоит беспокоиться.
— Что ты, Святослава, никакого беспокойства, сплошное удовольствие.
Уставилась на шефа с подозрением.
— Понравился подарок? — спросил он, не глядя на меня.
— Красивый, — ответила я честно, — но выбор странный.
— Почему?
— Такие подарки не дарят сотрудникам.
— Верно.
— Виктор Андреевич, я никогда не любила ребусы…
— Я помню, — неожиданно тепло улыбнулся он, — тебе никогда не хватало терпения.
— И?
— Будь чуть терпеливее, скоро все узнаешь.
Примерно через час, не заезжая в столицу, мы припарковались на подземной парковке огромного развлекательного комплекса.
Пока поднимались на эскалаторе, я молчала, с любопытством оглядываясь. Кинотеатры, боулинг, игровые автоматы, детские лабиринты.
— Это правда каток? — удивилась, когда мы добрались до верхнего этажа.
— Только не говори, что разлюбила, — сказал шеф, легко улыбаясь.
— Не буду, — покачала головой, — но несколько лет на коньки не вставала.
Пока я разглядывала каток и немногочисленных посетителей, шеф ушел за коньками. Я подняла голову и замерла, завороженная. Над нами царила ночь. Большинство людей никогда не видели ночного неба вживую, только через оконные стекла, а здесь все выглядело настоящим: мерцающие звёзды, лёгкие почти невидимые облака, темная бесконечная синева.
Даже не заметила, как вернулся шеф. Вздрогнула, когда он опустился передо мной на колени.
— Важно плотно зашнуровать коньки, Свята, — наставительно сообщило начальство. — Не хватало нам растяжений.
Безропотно проследила, как он обувает меня как маленького ребенка, тщательно затягивает коньки. Потом мне помогли подняться и отправили на лёд.
— Покатайся немного, я сейчас тоже приду.
Проехала круг, привыкая. В детстве мы часто ходили на каток — и с родителями, и с подружками. Но больше всего мне нравилось кататься с Яриком и Виком. Каждый такой поход оборачивался шумным приключением с догонялками, играми и снежками.
— Держи, — Виктор Андреевич догнал меня и резко развернулся прямо передо мной, продолжая двигаться вперёд спиной.
— Я смотрю, вы навык не растеряли, — хмыкнула я, принимая у него из рук высокий бумажный стаканчик. Приятно горячий.
— Навыки, заложенные в детстве — самые надёжные, — рассмеялся он.
Отвернулась. Не хочу видеть его таким — слишком похожим на себя прошлого — того, в кого я по глупости так отчаянно влюбилась. Осторожно отпила напиток — пряно-ванильный, сливочный. Мой любимый.
— Откуда…
— Просто помню.
Он все также скользил передо мной, изредка оглядываясь, чтобы не врезаться в других посетителей. А потом освещение мягко потухло, а медленная музыка стала чуть громче. Мы оказались в ночи, под открытым небом, окружённые лишь мелодией и светом мерцающих звезд.
