Раньше в группах противодействия сущностям состояли только видящие. Людям, что не видели призраков невозможно было объяснить куда бить, ведь долматы передвигаются невероятно быстро. Изобретение порошка, который примагничивался к проклятым и задерживался на их телах, стало прорывом. А когда в состав добавили фосфорилирующие краски, сущности стали видны даже в темноте. Может и не очень четко, но достаточно для атаки.
Это стало невероятным прогрессом, облегчающим жизнь видящих во много раз. Это сейчас Виктор может быть руководителем, папа с Ярославом работать в аналитике, а мама в институте. А несколько десятков лет назад путь у нас был бы один — оперативная работа до самой старости, или, что происходило чаще, до смерти.
"Ты никогда не боялся по-настоящему, если боялся только за себя".
Виктор Логинов.
— "Мы почти пришли, Свята, никуда от меня не отходи!"
— "Хочу домой!" — хнычу я.
— "Да сколько можно, Свята? — говорит воспитатель, — "Три месяца прошло, а ты все никак не привыкнешь!"
— "Хочу к маме", — упрямо твержу.
Женщина поджимает губы, молча берет меня за руку и практически тащит за собой. Мы идём по широкому светлому коридору. С одной стороны ряд однотипных дверей, с другой — панорамные окна.
Несколько поворотов, ступеньки и новый, почти не отличимый от прежнего, коридор. Женщина заходит в первую от поворота дверь.
При виде странного вида аппарата я напрягаюсь и начинаю плакать громче. Воспитатель только сильнее стискивает мою ладонь.
— "Зачем вы пугаете ребенка?" — произносит высокая пожилая женщина. На ней врачебный комбинезон, перчатки и шапочка, скрывающая волосы.
— "Она все время плачет", — хмурится воспитатель.
— "Подождите за дверью", — твердо говорит доктор, и моя сопровождающая молча выходит.
— "Как тебя зовут, малышка?"
— "Свята".
— "Больно не будет. Нам нужно просто проверить, как твое тело справляется с нагрузками".
— "Я должна залезть туда?" — закрытая вытянутая труба аппарата меня по-прежнему пугает.
— "Да, но там светло и ты будешь слышать мой голос".
Видение оборвалось также внезапно, как началось, но в голове как и раньше остались четкие картинки. Такие, которые невозможно сохранить в памяти естественным путем. Я помнила каждую мелочь, каждый поворот и каждую ступеньку. А ещё я запомнила вид из окон здания. Более того — я его узнала.
Выключив компьютер, я рванула к шефу, на ходу придумывая, как рассказать все так, чтобы он взял меня с собой, а не оставил в офисе. Но кабинет Виктора был закрыт, а бездушный телефон предлагал оставить сообщение.
"И где же его носит, когда он мне нужен?"
Я быстро перебрала в памяти имена друзей и родных, но так получилось, что только с Виктором я была достаточно откровенна в последнее время, и только к нему могла сейчас обратиться.
— Виктор, у меня было новое видение, — торопливо спускаясь вниз, наговарила на телефон сообщение шефу. — Я видела здание кардиологического центра. Думаю, что именно здесь похищенные дети проходят регулярные обследования. Я выезжаю туда с Бланкой. До комендантского часа вернусь. Если получишь сообщение раньше — перезвони.
Своей машины у меня не было, но в гараже управления всегда стояло несколько служебных автомобилей, которыми сотрудники могли пользоваться для своих нужд.
Времени было в обрез — на дорогу туда и обратно и час на то, чтобы найти нужное место. Но ждать до завтра, когда появилась такая реальная ниточка к Мире, было невыносимо.
Быстро оформила машину и примерно в два часа дня я уже была в той части города, где находился кардиоцентр. Когда была жива моя бабушка, мы с Ярославом привозили ее сюда несколько раз, пока родители были в отъезде. Здание находилось на окраине и единственным значимым объектом рядом было многоэтажка старой гостиницы. Ее я и увидела в видении.
— С собакой в больницу нельзя! — женщина в регистратуре была настроена решительно.
— Она служебная, — попыталась надавить я, доставая удостоверение сотрудника ведомства.
— Ваше время — после комендантского часа. Приходите через два часа и можете попробовать пройти с животным. Вы, собственно, к кому?
— Я по рабочему вопросу.
— Какие могут быть вопросы у ведомства в нашей больнице?
— Боюсь, это не в вашей компетенции, — сердито и не очень-то вежливо ответила я, разворачиваясь, чтобы отвести Бланку обратно в машину. Время утекало сквозь пальцы.
Через пятнадцать минут я снова стояла у регистрации.
— С кем я могу поговорить?
— Мне нужно знать, по какому поводу ваш визит?
Скрипнула зубами и нагло соврала:
— Внедрение новых методов безопасности. У нас есть данные, что новые нападения совершены долматами, которые смогли проникнуть за запертые двери.
Ухмылка сползла с лица женщины, а я испытала укол вины. Незначительный. Мне нужно найти племянницу, а небольшая встряска женщине не повредит.
— Двести семнадцатый кабинет, — бросила она. — Я предупрежу заведующего.
До нужного кабинета я добралась быстро, успев по дороге заглянуть в пару боковых коридоров, но из этих окон гостиницы видно не было.
