Пенелопа резко подалась вперёд и поймала приступ головокружения. Перед глазами у неё всё поплыло. Раздался звук автоматной очереди. Ей показалось, что время остановилось. Руки у неё затряслись, а сердце замерло. Постояльцы кинулись врассыпную, создавая панику. Охранники начали что-то кричать, но всё это не имело для неё никакого значения.
Она медленно поползла вперёд. До неё донёсся запах крови. Желудок свело от рвотного позыва. В голове поселилась пустота. Она перестала понимать, что происходит и где она находится. Последний метр остался позади. Кто-то схватил её за руку и прижал голову к полу. Снова раздался звук автоматной очереди.
– Они начинают штурм, – глухо, но твёрдо сказал Итан.
Пенелопа схватилась за него обеими руками и почувствовала, как по щеке скатывается слеза.
– Ты не…
– Я жив, – коротко произнёс он, судорожно гладя её по голове.
Пенелопа почувствовала, что он дрожит всем телом.
– Тогда кто?
Она с трудом повернула голову и посмотрела в безжизненные зелёные глаза Эдмунда Хейзела. Голова отказывалась соображать. Внутрь со всех сторон ворвалась группа освобождения. Пенелопа прижалась к Итану сильнее и затихла, вдруг осознав, что один кошмар скоро должен сменить другой.
Следующие несколько дней прошли как в коматозе. Повсюду сновали папарацци, полицейские и медики, жертв происшествия опрашивали по несколько раз за день. Из столицы и близлежащих городов прибыло столько народу, что, казалось, Сент-Ривер скоро просто лопнет от напряжения. Люден затребовал с их участка столько информации, что голова шла кругом. Умерших оказалось больше, чем предполагалось. Из-за мести Рабриона с жизнью распрощались более двадцати невинных. Хорошо хоть нанятых в качестве «охраны» людей удалось полностью изловить.
Пенелопе с Итаном дали несколько вынужденных выходных сразу после того, как они написали отчёты и передали следствию все собранные ими доказательства о делах повторно прославившихся знаменитостей. Пенелопа получила несколько повесток в суд в качестве свидетеля и собиралась посетить все слушания в течение следующего полугодия. Сегодня же им предстоял сложный день, и впервые в её жизни работа отошла на второй план.
Красный «Роллс-Ройс» остановился у главного входа в особняк Хейзелов. Пусть она и была здесь всего единожды при не самых приятных обстоятельствах, но сейчас ситуация стала и того хуже. Солнечный свет отражался от тёмных окон дома, тоскующего по своему владельцу, трава у подъездной дорожки пожухла, а стоящая жара камнем давила на плечи, не давая вдохнуть полной грудью.
Итан заглушил двигатель и начал нервно барабанить пальцами по рулю. Несмотря на их натянутые отношения с Эдмундом, именно ему пришлось устраивать похороны отца. Шарлотта Хейзел по неизвестным причинам трубку не брала, а Ричард был в Англии и смог с трудом вернуться в Тесвиерию только накануне вечером.
Пенелопа положила ладонь на руку жениха. Он вздрогнул и пару раз моргнул, будто только сейчас заметил её присутствие в машине. Всю дорогу он был так глубоко погружён в свои мысли, что она не нашла в себе сил его из них вырвать.
В течение последних дней они не то что не разговаривали, они даже не виделись. Всё их свободное время заняла разнообразная работа.
– Всё нормально? – участливо спросила Пепелопа.
Итан резко кивнул.
– Да, вполне. Я справлюсь, – ответил он больше самому себе, чем ей.
Они вышли из машины на дорожку и заметили на крыльце дворецкого Дина. Он себе не изменил и сегодня тоже был одет с иголочки в чёрный костюм. На лице у него не отразилось ни капли скорби или печали.
– Она дома? – сухо и без приветствий спросил Итан.
– Да, – в тон ему отозвался Дин.
– Отлично. Хотя бы бегать за ней не придётся, – себе под нос пробурчал Итан и быстро преодолел лестницу.
Пенелопа пошла за ним, приветливо кивнув Дину. Дворецкий ответил ей тем же. Они вошли в холл с высоким потолком, выполненным из тёмно-коричневого дерева с резьбой. Впрочем, она сразу заметила странность. В прошлый её визит вокруг стояла дорогая мебель, висели картины и стояли статуэтки и вазы. Сейчас же внутри оказалось пугающе пусто.
Итан тоже это приметил и нахмурился. Дин указал кивком на второй этаж. Там обстановка была не лучше. Кто-то вынес почти все ценные вещи из особняка.
Итан без стука открыл позолоченную дверь. Из неё потянуло запахом благовоний, алкоголя и сигаретного дыма. Пенелопа поморщилась. Смесь вышла ядрёной. Итан вошёл в тёмную комнату и лёгким движением руки отдёрнул занавески. Внутрь проник луч солнца, осветив неубранную комнату в багровых оттенках.
Всюду валялись скрученные в комки вещи, обувь, косметика, окурки и бутылки. Разглядеть под всем этим мебель получалось лишь с трудом. На большой круглой кровати что-то зашевелилось.
– Дин, закрой шторы, – приказала Шарлотта.
– Прости, мама, но это невозможно. Тебе надо встать и пойти на похороны, – холодно произнёс Итан.
– Похороны? А кто умер? – сонно уточнила она.
– Твой муж Эдмунд, – с недюжинным терпением ответил Итан.
– О, так теперь старый изменщик будет спать с червями? Отличные новости, – ответила Шарлотта.
