Мое сердце переполнилось благодарностью, которая тут же выступила слезами на глазах. Миссис Патчис достаточно хорошо меня знала, чтобы понять, насколько я растеряна, насколько нуждаюсь в поддержке.
– Спасибо, – только и смогла выговорить я, глотая комок, застрявший в горле.
– Ну-ну, тише, моя девочка, – сказала она. – Подожди меня здесь. Но я ничего не обещаю. Если фолиант недостаточно хорошо укрыт, то я займусь поисками сама.
Я вновь поблагодарила миссис Патчис и вернулась в комнату. Моя наставница переоделась, привела волосы в порядок и отправилась к мистеру Бастири.
Ожидание казалось мне бесконечным. Я бродила туда-сюда по комнате, а когда надоело, подошла к окну. Из него была хорошо видна главная площадь. Елку еще не разобрали, и, глядя на нее, я не смогла остановить нахлынувшие воспоминания о той ночи, когда моя жизнь полностью изменилась. Я прожила в академии почти двадцать лет и десятки раз видела омелу. Она ни разу даже не попыталась соединить меня с кем-либо. Что это значит? Ждала Андреаса? Как волнительно и как странно. Значит, Дрей – моя судьба? Он часть меня, моей души? Он идеально подходит мне? А я ему?
Если это моя магия, мое будущее, то омела выбрала мне любимого, но это вовсе не означает, что Дрей выберет меня. Омелия же влюбилась не в того. Возможно, эта жестокая шутка судьбы была для нее испытанием. Чем-то вроде проверки. Но я не хочу, чтобы меня проверяли Дреем. Я хочу, чтобы он меня любил и его сердце также взволнованно билось рядом со мной, как мое рядом с ним.
Словно в насмешку на площади показалась фигура Андреаса, который неспешно прогуливался с магистром Фергюсоном и о чем-то беседовал с ним. Я невольно затаила дыхание, глядя ему в спину. Вспомнила, как увидела Дрея впервые. Не скажу, что он понравился мне, но я ощутила желание нарисовать его лицо, а подобное бывало со мной нечасто.
Приложила ладони к стеклу, а потом прижалась к нему лбом, продолжая наблюдать за Андреасом. Словно почувствовав мой взгляд, Дрей обернулся и посмотрел точно туда, где я стояла. Глупо, наверное, но я тут же отпрянула, а затем отошла от окна.
Прежде чем успела справиться с волнением, в воздухе появился снежок. Оказавшись напротив моих глаз, он рассыпался на тысячи снежинок и образовал сообщение, посланное миссис Патчис: «Жду в библиотеке». Обрадовавшись, что смогу занять себя чем-то полезным и попробую приблизиться к тайне своего рождения, я тут же бросилась прочь из комнат наставницы.
Впервые библиотека показалась мне чужой, словно холодной, из нее будто исчезла душа. Появилось такое чувство, что в нее довольно давно никто не заглядывал, хотя я точно знала, что мистер Бастири, напротив, довольно давно из нее не выходил. Я сразу направилась к артефакториуму, двери которого были закрыты на время каникул. «Каникулы» – это слово тоже стало чужим, словно меня совсем не касалось.
У артефакториума задержалась, ощущая нечто странное в груди, возможно, смешение страха и желания узнать, кем были мои родители. Я выдохнула и произнесла заклинание, чтобы открыть двери. Попасть в архив можно было только через нашу сокровищницу артефактов.
Миссис Патчис и мистер Бастири уже ждали меня там. Смотреть на библиотекаря без боли я не могла. Выглядел он совсем плохо: кожа стала прозрачной, словно ветхая бумага, под которой, будто темные реки, разбегались вены. Мистер Бастири исхудал так, что ставшая слишком большой одежда висела на нем как на вешалке. И двигался он очень медленно, словно каждый жест давался с трудом.
Я не смогла скрыть своей горечи, но миссис Патчис наградила меня суровым взглядом, и я не стала высказываться по этому поводу.
– Итак, мы ищем все, что было связано с семьей владыки Огненных островов двадцать лет назад, – хмуро сказала миссис Патчис и расставила руки в стороны.
– И не забываем… – медленно проговорил мистер Бастири, – что в то время он им не был.
– Конечно, Дрогг, – кивнула она библиотекарю.
Я с огромным уважением и восхищением наблюдала за каждым движением моей наставницы. Она колдовала уверенно, точно зная, что и для чего делает. Ее голос звучал негромко, он завораживал и будто звал за собой в мир чудес и магии. Внутри вновь поселилась радость, которая неизменно посещала меня с самого детства.
Ее стараниями длинные, кажущиеся бесконечными коридоры архива поочередно осветились.
– Ты помнишь, как звали его сестру? – спросила миссис Патчис у меня.
Имя тут же всплыло в памяти и принесло с собой глубокую печаль. Я неизбежно подумала о том, что сестра владыки могла быть моей матерью. Или все-таки не могла? Думая о ней, я не представляла, чего хочу на самом деле.
– Ивия, – прохрипела я осипшим голосом, а потом прокашлялась и повторила имя, застрявшее в горле.
