– Вероятно, ты гадаешь, для чего я тебя позвал сюда, – тут же говорит мужчина, – что ж… Не люблю томить и сам ненавижу ожидания, поэтому, – он достает из кармана рацию, – приведите сюда мальчишку.
Как только я слышу это предложение, то мое сердце замирает, а глаза расширяются.
Мальчишку? Он имеет в виду моего брата?
Через минуту та самая скрытая в тени дверь открывается, и оттуда появляется один из неизвестных мне ликторов и Тоби, идущий следом за ним.
– Эйви, – произносит брат, видя меня, но не делает и шага вперед. Лишь в его глазах я вижу дикий страх.
Этот неизвестный ликтор остается в одном кабинете с нами. Я чувствую, как Зейн рядом напрягается.
О'Нил улыбается и встает из-за стола, который обходит и садится на его край, беря в руки какие-то бумаги.
– Знаешь, пока ты была на задании с остальными, Эйвери, – говорит О'Нил, – то я решил навести насчет тебя справки. Мне стало интересно, откуда ты знаешь Маршалла и как вообще оказалась здесь. Сначала я не обратил на всё это внимание, предполагая, что Зейн просто помогает по доброте душевной. Но… ты оказалась весьма интересна. – Он опустил взгляд вниз, читая следующую информацию с бумаг. – Выросла в Архейнхоле, работала, как и другие жители квадранта, никогда не бывала за пределами квадранта… Есть мать, отец и младший брат. Отец числится без вести пропавшим, то есть умершим. Ничего необычного, на первый взгляд, да? – я сжимаю руки за спиной, отчаянно думая о том, как уйти отсюда с братом. – Но это до тех пор, пока ты неожиданно не покидаешь квадрант, да не одна, а с младшим братом. А перед этим уезжает ваша мать. Маршалл тоже оказывается среди вас, и дальше мне неизвестно, что именно происходит, но это и неважно. Позже ты попадаешь сюда, как выясняется. Как раз в момент моего отсутствия, – О'Нил откладывает бумаги обратно и смотрит на меня. – Только не задерживаешься здесь, а отправляешься к Князю вместе с моим практически заместителем. Только ты и Ашер не возвращаетесь обратно, а попадаете на торги к Князю, за которым я долгое время гонялся. Как так получилось? Об этом стоит пообщаться с Ашером, потому что ранее меня не интересовал этот вопрос, но не сейчас. Ты и он оказываетесь в руках Сицилии в Грёзе, и удивительно… возвращаетесь, как ни в чем не бывало. Обычная девчонка пережила Грёзу.
– Мне повезло, – чувствую, как язык немеет при этих словах.
– Возможно. Но тебе очень много раз везет. Но речь сейчас не о везении. Как выясняется, то в Анклав ты приехала не одна, а с Тобиасом, – тут О'Нил смотрит на моего брата. – Признаюсь, если бы ты была мужчиной, Эйвери, то из тебя вышел бы отличный ликтор. Но ты женщина. И вот, пока ты была на задании, то я узнал ещё кое-что. Одну деталь, которую все, казалось бы, упустили… Дело в том, что когда ребенок попадает в Анклав или в другое подобное место, то он подвергается обязательной проверки. Ряды ликторов быстро пустеют в последнее время. Я думал, что твой брат Тобиас прошел и также не подошел, но оказалось, что… Зейн решил упустить это правило. Ладно, Зейн. Но Ашер? – мужчина хлопнул в ладоши. – Видимо, ему просто наплевать, как и было всегда. Я решил лично проверить твоего брата.
О'Нил подошел к Тоби, и я проследила за тем, как его рука опустилась на плечо брата.
– Ты не одна в семье, кто обладает везением, Эйвери. Тобиас – уникален, – я сжала зубы, жалея о том, что у меня нет никакого оружия с собой. Ничего! – Признаться, за всю свою жизнь я не видел ничего подобного. Мы уже давно ищем подходящего кандидата для нового проекта, для нового поколения ликторов, которые смогут стать идеальными людьми, солдатами.
– Мой брат не станет ликтором! – вырвалось из меня. – Ликторами становятся только сироты.
– Да, да, банальное правило. Я помню. Только… Ваш отец мертв, как и ваша мать.
– Мама жива! – вырвалось у Тоби, и я не смогла взглянуть в этот момент на него, а О'Нил усмехнулся и перевел взгляд с брата на меня.
– Так Тобиас не знает, Эйвери?
– Не знаю чего?!
– Что вашей мамы уже нет в живых. Что она умерла в Грёзе, – в груди всё сдавило. – Что твоя сестра собственноручно убила её.
Мне будто нанесли невидимый удар. Как О'Нил узнал про это?
Я подняла тяжелый взгляд, смотря на Тоби и встречаясь с его неверующими глазами.
Это не просто обман, как тогда, когда она бросила нас. Нет. И Тоби это понимает.
Я хочу сказать ему сотни слов, но не могу выдавить из себя и слова. Словно ком застрял в горле, не давая дышать, не то что говорить. В голове – хаос из мыслей, обрывков воспоминаний.
Я вижу в глазах брата тот же ужас, то же непонимание, ту же боль, что разрывала меня изнутри всё это время.
– Это правда, Эйви…? – голос Тоби срывается, когда в моих глазах застывают слёзы.
– Мне пришлось.
Я не могу сказать сейчас что-то ещё, не могу оправдаться, ведь не понимаю, зачем О'Нил всё это говорит.
Тоби поджимает губы и первым разрывает зрительный контакт, когда я заставляю себя стоять на месте, чтобы не подлететь и не схватить брата.
