Кимберли глубоко вздохнула. Да, пожалуй, он действительно самый въедливый и несносный человек из всех, кого она когда-либо встречала.
– Ну уж нет! – протянула она. – Кстати, что говорят эскулапы о возможных последствиях вашей травмы? Навязчивый бред? Галлюцинации? Мания преследования? Или вам грозит что-нибудь серьезнее?
– Плевать я хотел на то, что они там наговорили!
– Что-то новенькое! – съязвила Кимберли, отворачиваясь к окну и тем самым прерывая разговор. Ее, казалось, больше не интересовало, что еще скажет Лоренс.
Во-первых, до сего дня она никогда не посещала никого в больницах и, как возникла такая идея сейчас, сама не понимала. Просто ей показалось, что неплохо приехать. К тому же ее порыв неожиданно поддержал Декстер.
Во-вторых, «благодарность» Лоренса убедила Кимберли, что она с таким же успехом могла оставаться дома и спокойно укладывать чемоданы.
– Неужели вы собирались дежурить у моего одра и вытирать холодный пот с моего чела? – как бы прочитав ее мысли, вдруг спросил Лоренс.
Кимберли аж подскочила от негодования.
– Вы самая неблагодарная свинья! – взорвалась она. – Нэнси угробила сегодня на вас все утро, а вы только и смогли, что нагрубить ей. Я…
– Вы тоже тратите свое время, а я и с вами груб, вы это хотели сказать? – закончил за нее Лоренс. – Вам станет легче, если я извинюсь? – неожиданно грустно спросил он и, заметив ее откровенное изумление, добродушно рассмеялся. – Вы считаете меня неспособным на компромисс?
– Вы неспособны прислушаться к кому-либо, кроме себя! – воскликнула Кимберли.
Он нахмурился.
– Я прошу прощения.
– Уверена, что Нэнси будет рада услышать это.
– Я прошу прощения не у Нэнси, – хрипло прошептал Лоренс.
Неожиданно он оказался совсем рядом с Кимберли, и ее изумил серебряный блеск его глаз.
– Прекратите, Лоренс! – Она неловко заслонилась рукой, пытаясь отодвинуться от него подальше. – У вас что, привычка целовать в машине актрис? – Увидев в его взгляде удивление, она добавила: – Я покончила с этим еще в средней школе.
Он продолжал несколько мгновений смотреть на нее все так же удивленно, а затем на его губах появилась насмешливая улыбка.
– Извините, Кимберли, что, возможно, разочарую вас, но у меня и в мыслях этого не было. Дело в том, что после удара по голове у меня иногда двоится в глазах. Я просто искал точку, чтобы вы были в фокусе.
И все равно она была уверена: Лоренс хотел поцеловать ее! Или она сама хотела, чтобы он ее поцеловал?
Не-е-ет! – ошеломленно подумала Кимберли. Я не могла в него влюбиться! Только не в него!
Впрочем, это объяснило бы мою решимость ехать к нему в клинику сразу же, как только я узнала о нападении.
Однако влюбиться в него – то же, что влюбиться в хамелеона. Никогда не знаешь, что в следующий момент Лоренс сделает или скажет. Правда, если верить опытным людям, непредсказуемость гораздо лучше скуки!
Но мне просто нельзя влюбляться в мужчину, который недосягаем! Я и от той своей несчастной любви толком не оправилась.
Я не могу!
Я не должна.
– Кстати, Кимберли, а вы видели того, другого парня?
– Другого парня? – переспросила она, очнувшись от раздумий.
Лоренс кивнул.
– Я пришел в себя, когда он обшаривал мои карманы. Думаю, он попал в ту же больницу и в то же время.
Реакция у Лоренса была молниеносной. Когда сознание вернулось к нему, он понял, что его избили, да еще и ограбить собираются. Вот тут-то и пригодилось его давнишнее увлечение боксом. Одним сокрушительным ударом он нокаутировал бандита, сломав ему при этом челюсть. Об этом Лоренсу рассказал полицейский, зашедший в клинику поздней ночью узнать, как себя чувствует пострадавший.
– Я не жесток, Кимберли, – продолжал защищаться он, сбитый с толку ее молчанием. – Но не мог же я позволить кому-то безнаказанно избивать меня!
– Конечно же нет, – тихо согласилась Кимберли.
Лоренс нахмурился.
– Звучит неубедительно.
– Что вы хотите от меня услышать? – Голос девушки звучал смущенно. – Как я поняла, нападавший действительно ударил вас бутылкой по голове, и конечно же вы должны были себя защитить.
Почему же мне так хочется оправдаться в ее глазах? – с тоской подумал Лоренс.
– Как вы думаете, Кимберли, нам не стоит менять планы на завтра? – Он неожиданно изменил тему разговора. – Вам придется несколько дней поводить меня за руку, но, уверяю вас, я быстро поправлюсь.
Кимберли рассеянно кивнула, как бы подтверждая, что не возражает. Что же, черт побери, случилось со мной?! – недоумевала она.
– Нэнси принесла утром газеты с рецензиями на фильм. Вы еще помните, что мы вчера вечером ходили на премьеру? – шутливо напомнил Лоренс, слегка задетый ее отсутствующим взглядом.
Лоренс почувствовал огромное облегчение, когда они наконец доехали до отеля. Расплатившись с таксистом, он оглянулся посмотреть, где Кимберли. Она стояла рядом, держа в руках его сумку. Огромная радость охватила Лоренса. Значит, она сразу не уезжает! Хотя чему, собственно, радоваться? Ведь сейчас он потерял ее и, признаться, не знал почему…
