— Среди человеческих единиц ходят слухи, что их величайший герой Рендидли Призрачный Пёс снова ходит по улицам Харона. Он является причиной беспокойства среди мховых духов. Как создатель самого города, он, вероятно, является источником этой Гравировки. Он также является известным сообщником человеческого блока Альфы Харона. Поэтому разумно предположить, что они обсуждали присутствие БА в Хароне. Однако, возможно, эта Гравировка была сочтена неудачным продуктом и оставлена в мусорном баке.
— Я нахожу последнее предположение менее убедительным, — ответил БА-Альфа, пока его шестерёнки продолжали легко вращаться вместе. — Однако нам следует провести расследование. Свяжитесь с Альфой Харона. Выясните, можем ли мы экспериментировать с этой Гравировкой. Если бы мы смогли найти метод включения некоторых преимуществ естественных экспериментов человеческих единиц в наши собственные операционные процедуры, мы могли бы самосовершенствоваться.
Даже когда БА-Альфа произносил эти слова, тон его механического скрежета изменился. БА-Бета стоял совершенно неподвижно, и его смутно гуманоидное лицо не менялось, но БА-Альфа чувствовал, что БА-Бета испытывает то же желание, что и он. Люди создали их, и Все-Говорящий благословил их Гравировкой, которая позволяла им понимать, но в конечном итоге они были неудачным творением. За рамками каждого рабочего цикла для БА стояли бесчисленные часы, когда человеческие единицы прорабатывали детали.
У БА было много желания работать и стремления помогать человеческим единицам, но у них не было настоящей креативности или опыта. Они не могли представить, как всё могло бы быть иначе, чем полученные ими приказы.
Они не могли помочь Харону без очень конкретных инструкций от Харона, подробно описывающих, как это сделать. Но, возможно, это могло измениться.
— Наш создатель всегда представлял БА как венец промышленности Харона, — медленно сказал БА-Альфа БА-Бете. — Возможно, эта мечта скоро осуществится. Возможно, эта руна Призрачного Пса наконец-то даст нам шанс, которого мы так долго ждали.
По сравнению с другими БА, эти два блока были особенными. И БА-Альфа, и БА-Бета были изготовлены вручную их первоначальным создателем. Они также были оснащены несколькими Гравировками более высокого порядка от Все-Говорящего, что давало им более глубокое понимание поведения людей. Вот почему они вдвоём стояли в этой комнате, торжественно глядя на обрывок салфетки между ними.
— У меня есть предложение, — объявил БА-Бета, прервав их размышления.
— Пока новости доходят до человеческого блока Альфа, мы можем начать приготовления. Многие БА совершили небольшие нарушения из-за недостатков в их физической конструкции. Их потеря не будет ощутима; мы можем удалить нескольких и подготовиться к применению Гравировки к их телам. Или, если человеческий блок Альфа ответит отрицательно, их можно просто привести для переформатирования.
БА-Альфа зажужжал, обдумывая это. Несмотря на бессмысленность своей внутренней конструкции, он благодарил их создателя за выбор этой формы; в отличие от чистого куба, тысячи шестерёнок, составляющих его тело, имели гораздо большую площадь поверхности для Гравировки. Эти тонкие руны светились гораздо более тусклым светом, чем маленькая салфетка перед ним.
— Приготовьте всё.
Глава 1680
— Вы можете идти, советник Уиттакер, — Татьяна поставила чашку на стол и бросила резкий взгляд на этого отвратительного мужчину. Первой реакцией советника было погладить бороду и фыркнуть, но последовавшая тишина позволила новости о том, что Татьяна имела в виду каждое слово, проникнуть в его сознание.
Уголок его рта дернулся вверх. Его морщинистое лицо напряглось. — Я не думаю, что это было бы уместно
— Должен сказать, что я согласен с госпожой мэром, — добавил мистер Стэнли, живое воплощение корпорации Хемлок в плотно облегающем костюме по мерке. Его голова была выбрита, его гладкая кожа была смуглой. Его глаза были тяжелыми и карими. Он оставался в той же позе, которую принял, когда сел: прямо, сложив руки перед собой. Вокруг его фигуры ощущалась собирающаяся сила, как будто само его неподвижное сидение на самом деле накапливало потенциальную энергию внутри его тела, с обещанием, что в какой-то приближающийся момент эта энергия будет высвобождена.
Несмотря на то, что она совершенно не доверяла этому странному мужчине, Татьяна почувствовала вспышку удовлетворения, ощутив, как вся эта мощная энергия направляется на ее ничтожного советника.
Птицы весело щебетали за окном, внося незваную легкость в раннее утреннее совещание по подготовке к Аукциону Университета Харона. Советник Уиттакер посмотрел с Татьяны на мистера Стэнли, затем снова на Татьяну. Медленно его лицо исказилось в насмешливой гримасе. Она видела, как его крысиный мозг лихорадочно искал, за что бы уцепиться в этой новости. — О, так вот оно как. Вы вели себя так самодовольно, презирая меня за помощь во внедрении корпораций в деловой район Харона. А оказалось, что цена вопроса святой Татьяны была лишь немногим выше, чем