Однако если мы воспримем рассуждения Лу только как панегирик женскому началу, для нас будет полной неожиданностью та волна возмущения, которую ее работа вызвала в феминистских рядах. "Госпожа Лу Саломе — антифеминистка!" — таков был однозначный вывод ее критиков. "Мы находим в ее текстах утверждения, от которых у нас, эмансипированных женщин, волосы встают дыбом, и в то же время другие утверждения, которые можно было бы использовать в качестве самых сильных аргументов женской эмансипации", — писала Х. Дом, попутно нападая на "чересчур длинное и претенциозное имя автора, которое съедает слишком много бумаги" и невольно вызывает ассоциацию с двумя фатальными женскими фигурами — Саломеей и Лулу.
Надо сказать, что женский вопрос и феминизм были одними из самых острых проблем в Германии того времени. Кайзер Вильгельм в речи, произнесенной в 1910 году, характеризовал женское движение как "одну из самых больших современных угроз". Однако Лу была верна себе в своем безразличии ко всему актуальному лишь социально, но не внутренне. Среди ее знакомых и подруг было немало феминисток, в том числе и Хелен Штекер, которая пыталась сделать из Ницше философа феминистского движения. Саломе же, как и сам Ницше, считала женское стремление уподобиться мужчине, добиться "равенства" лишь шагом на пути к "обломкам мужчины". "В конце концов человек должен освободиться и от своей эмансипации", — сказал ей Ницше в свое время. Лу не собиралась ставить на место концепции "женщин для мужчин" ее чисто внешний перевертыш — "женщину для женщин". Ее девизом продолжало оставаться: "Стань собой!" Ту полноту и универсальность, которую она провидела в женском, Лу отнюдь не считала уже воплощенной действительностью. Это всего лишь потенция того, чем женщина могла бы быть при условии, что ей достанет решимости сполна реализовать свои ресурсы.