Лучик надежды полностью

– Он допустил несколько досадных ошибок, вот и все, – вырвалось у Рэни.

От всей ее позы моментально ничего не осталось.

– Он натворил куда больше, чем то, в чем его обвинили, – выстрелила в ответ Джуна. – Тебе всегда везло. Неудивительно, что ты вышла сухой из воды.

– Ты так считаешь?

– Ты довольно долго была с ним после того, как бросила нас. Интересно, отдел расследования мошенничества проверял твои счета?

– О чем ты?

Ракета попала в цель. Джуна вновь откинулась на свой бархатный трон. Настороженность и нервозность, казалось, оставили ее.

– Не будем ворошить прошлое. Правда же, дорогая?

Рэни сидела в напряжении на краешке стула. Внезапно в голове у Мэтти зазвонили колокольчики, и она почувствовала нарастающую тревогу.

– Нет, давай уж! Мы знаем, в чем тут дело. Ты думаешь, что должна была стать солисткой.

– Тут и думать не о чем. Я уверена, что должна была. Все говорят, что «Виолетта» – наша лучшая песня. Эту песню пела я. На встречах с публикой мне чаще всего задавали вопрос: «Почему вы не были солисткой?» Возможно, это даже к лучшему, что наш ансамбль развалился. Конечно, мы потеряли поклонников, так как ни у меня, ни у Элис не было шанса выделиться на твоем фоне. А теперь взгляни на малышку из Кайрфилли! Национальная гордость по обе стороны границы[77]! А еще из надежных источников известно, что она даже завоевала любовь янки. Разумеется, ты это и сама знаешь. А теперь скажи, что случилось с твоими шоу в Лас-Вегасе?

– Я ушла с высоко поднятой головой, как положено звезде, а они предлагали продолжить мой контракт.

– А я слышала кое-что другое. Американские разводы и банкротство могут быть очень разорительны.

– Мама! Твое сердце… – начал Хьюго, но, наткнувшись на холодный взгляд матери, обратился к Рэни: – Мисс Сильвер! Думаю, будет лучше, если вы сейчас сообщите нам цель вашего визита…

– Ни я, ни Рико не разваливали ансамбль! – зарычала Рэни. – Взгляни правде в глаза, Джуна! Мы уже давно катились под горку, задолго до того, как должен был состояться концерт в «Пальмовой роще».

– Это было твое решение! Это ты переспала с Рико, чтобы добиться…

– Как ты смеешь!

Мэтти вскочила на ноги и встала между двумя разгневанными пожилыми леди. Чувство опасности упрочилось.

– Рэни, миссис Найт, пожалуйста…

– Переспала с ним и заняла мое место!

– Ах, вот оно что! И почему ты так долго ждала, Джуна, чтобы все мне высказать? Слишком занята была работой над своим второсортным голоском?

Джуна с трудом поднялась на ноги. От злости ее укутанные шалью плечи дрожали.

– По крайней мере, я пользовалась своим голосом, а не умением стащить с себя трусики, когда мне это было выгодно. Ты всегда была легкодоступной сумасбродкой и такой остаешься!

Они замерли, стоя друг против друга: Рэни – во всем черном, Джуна – в белом и бежевом, словно два стрелка-ковбоя в полдень.

– Довольно! Леди! Пожалуйста, это никуда нас не приведет.

Но Джуна отступать не собиралась.

– Я говорю то, что все мы думаем, мисс Белл, все мы, включая даже Томми. Каждый год мы собирались и проклинали тебя, Рэни: я, Томми, Элис и Чак. Мы встречались в отелях по всей стране и часами обсуждали то, что ты натворила. А ты ни разу не приехала. Вот и хорошо! Если бы не это, мы не смогли бы свободно говорить о том, что думаем и чувствуем. Ты приехала сюда не извиняться. Ты пытаешься воспользоваться последним шансом, чтобы всех одурачить, заставить поверить, что ты хорошая.

Рэни схватила свою сумочку. На секунду Мэтти с ужасом подумала, что та собирается запустить ею в свою бывшую коллегу, но старушка повернулась и направилась к выходу.

– Это была ошибка. Нам здесь нечего делать.

– Вот тут ты права! – крикнула ей вслед Джуна. – Проваливай! Ты всегда убегаешь. На этот раз победить, стащив с себя трусики, не удалось, мисс Сильвер! Теперь всем наплевать, что ты делаешь и думаешь!

– Можешь забыть о том предложении, которое я собиралась тебе сделать. Ты никому не нужна, ты никчемна и ни на что не способна. Забудь! Я сама справлюсь с концертом.

Рэни вышла за дверь, прежде чем кто-либо успел ее задержать.

Мэтти взглянула на Хьюго. Тот побледнел, и теперь его лицо ничем не отличалось по цвету от магнолиевой краски, которой были окрашены рамы окон зимнего сада.

– Я ее верну. Дайте мне минутку…

– Убирайтесь! Все вы! – Джуна грузно плюхнулась обратно в шезлонг. – Хьюго! Выпроводи их.

– Лучше будет, если вы сейчас уйдете. Большие, как у щенка, глаза Хьюго, наполнило сожаление. – Я вас провожу…